На самом деле, именно Демины стали последней каплей в море других не менее горьких капель.
Я так боялась остаться одна…
У меня была сестра, я знаю, но рано или поздно Вита встретит своего мужчину и создаст свою семью. Мои мальчики? Они тоже выросли. Скоро приведут домой девчонок, а потом уедут в по-настоящему взрослую жизнь. И не сказать, что Ян давал мне поводы считать, что он меня непременно бросит. Нет, не давал. Никогда. Не было ни одного дня, чтобы я сомневалась в его чувствах или его верности. Всегда он вел себя хорошо, держал со всеми знакомыми женщинами почтительную дистанцию.
Просто это что-то иррациональное, что-то, что пролезло в мою голову в момент великой скорби, а потом так и не ушло на задний план, подкрепляясь доказательствами извне.
Забавно…
Я тихо усмехаюсь, прикрыв глаза."
"Это действительно почти анекдот. Я так сильно старалась удержаться рядом с Яном, а в результате только отвернула его. Если причина в этом, конечно…но в чем еще?
Господи, как я устала гадать…
Тру глаза и резко откидываюсь на кожаное сидение.
Перед глазами стоит искаженное лицо Лолы. Не просто так она приперлась сегодня ко мне. Кстати, интересно, как вообще узнала, где я буду? Неужели следила? Так, а это уже пугает.
Ежусь немного, как вдруг в боковое стекло пару раз стучат.
Взвизгиваю, дергаюсь, но когда поворачиваю голову, сразу вижу Яна, и сердце успокаивается.
Он хмурый. Осунулся. Похудел… еще взъерошенный какой-то весь, как нахохлившийся воробей.
Сравнение забавное. Издаю тихий смешок, а потом опускаю стекло.
— С тобой все нормально? — первый вопрос, который он задает.
Не могу перестать на него смотреть…
Боже, Вита права. Я люблю его и никуда от этого не денусь уже, но…черт возьми! Он поступил со мной, как самая настоящая сволочь! И я…что я? Ладно, пока не поняла, но непременно «что-то». Об этом я подумаю позже, сначала разговор.
— Нам надо поговорить, — заявляю, он хмурится.
— Поговорим.
— Сначала надо ответить на твой вопрос?
— Желательно.
— Со мной все нормально.
— А с ребенком?
— Логично, что с ним тоже.
Щурится и злится. Я тоже начинаю, потому что он права на это не имеет! Это я тут пострадавшая сторона! Ко мне заявилась его псиноблядь!
— Садись в машину, — рычу, сверлю его взглядом, но он не отступает.
— Поднимемся ко мне.
— Не пойду в собачий приют.
Ян замирает, потом выгибает брови, а потом издает смешок.
— Прости?
— Хочешь, чтобы повторила? Мне не жалко. Не пойду туда, где была твоя чертова псина.
— Ее не было в квартире.
