Ты, – он ткнул пальцем в Олежека, – походи по лесу, покричи, вдруг отзовется. Через час встречаемся здесь.
Они разошлись в стороны, но никаких следов Толика не обнаружили. Когда снова собрались, разделили между собой продукты, которые нес Толик, а вещи его взял Олежек.
– Оставь тут, – сказал ему Евгений Петрович, – твоему приятелю они уже вряд ли понадобятся.
– Я понесу, – заупрямился Олежек.
– Может, ему открылась дорога в Беловодье, – цинично хмыкнул Федор.
После унылого завтрака гуськом отправились в путь.
Впрочем, унылым и квелым был только Олежек. Федор исподтишка наблюдал за Попутчиком. А тот обескураженным не выглядел, скорее наоборот. У Федора сложилось впечатление, будто Евгению Петровичу понравилось исчезновение Толика. Разумеется, он не показывал вида, и некоторую степень возбужденности можно было списать на чрезвычайное происшествие – если бы в ней не проглядывала чуточка азарта. Федор, однако, решил не придавать этому значения, чтобы не стать жертвой маниакальной идеи.
До середины дня они шагали по все тем же таежным перелескам и радужным альпийским лугам, иногда поднимались до каменистых взлобков, где царила скудная тундра с лишайниками и ползучим кустарником.
Наконец забрели в кедровник, где решили передохнуть, и тут обнаружилась неприятность.
– А ведь мы были здесь вчера, – озираясь, немного нервно сказал Федор. – Я помню этот пень.
– Точно, – изумленно подхватил Олежек, – там впереди та опушка, где вчера обедали. Потом мы с Толиком колонка ловили, – с грустью добавил он и пошел проверять, на месте ли опушка.
Федор повернулся к Попутчику.
– И как это понимать?
Евгений Петрович вполне искренне пожал плечами.
– Видимо, когда искали этого болвана Толика, потеряли ориентиры. – Он задумался, теребя ощетинившийся за сутки подбородок. – Ну правильно. Как же я упустил это? Вчера мы подошли к той реке с запада, а сегодня, – он посмотрел на солнце, – идем на восток. Нам надо было идти вверх по реке искать брод, чтобы перейти ее.
Федор тоже задумался о том, почему никто из троих не сообразил этого раньше.
Какое-то затмение нашло на всех из-за сгинувшего без следа «беловодца».
Вернулся Олежек еще более унылый.
– Нашел, – вздохнул он.
– Ну, раз нашел, значит, судьба нам тут обедать, – решил Попутчик.
Пока на костре варился суп из консервов, Олежек неприкаянно слонялся вокруг, только что лбом о стволы кедров не стучал.
– Не нравится мне все это, – вдруг сказал он. В его круглых глазах стояло выражение ужаса.
