После того как нас выпустили в свободное плаванье, мы с Полиной встретились всего один раз. Случайно. В тот день, когда сделали фото, которое вы показали."
"Глава 31
Алина опять взялась за чайник.
– Времена другие, теперь можно рассказать все честно. Обещая устроить приемную дочь на работу, Владимир Николаевич не лгал. Я приехала к нему после получения диплома, показала его. Крохин похвалил меня, угостил кофе, дал телефон некоего Геннадия Петровича. Велел звонить, пообещал, что Борзов меня устроит в хорошее место.
Все так и получилось. Тихий такой старичок, а связи гигантские. Я стала переводчицей в одной из гостиниц «Интуриста». Оклад очень приличный, да еще гости из других стран всегда делали мне подарки. Брать их запрещалось, о том, что делали те, кого я водила на экскурсии или сопровождала в ГУМ-ЦУМ, следовало докладывать завхозу отеля. Но мои подопечные ничего ужасного не совершали, от меня не убегали, в гости к представителям интеллигенции не ходили. Обычные, как правило, обеспеченные граждане, которые по музеям ходили.
Женщины мне дарили духи, косметику, одежду. Мужчины давали сигареты, жвачку. Совали доллары, вот деньги я никогда не брала, боялась, понимала, что за валюту можно сесть надолго. А у меня были другие планы. У Геннадия Петровича, моего благодетеля, был помощник Коля Фокин. Я знала, что Николай держит под пятой местных фарцовщиков. Чего греха таить, он мне нравился, несмотря на то что был моложе. Симпатичный, веселый, неглупый. С ним было о чем поговорить. И, в отличие от других парней, он не таскал местных проституток в укромный уголок.
Ну, я и стала прихорашиваться, улыбаться ему. Коля вел себя безукоризненно, но на все мои сигналы не реагировал. Как-то раз мелкая пигалица Вероника, ей вроде лет тринадцать-четырнадцать тогда было, сказала:
– Зря стараешься. У Коляна есть девушка, он ее любит. Ничего тебе не светит.
Я возмутилась:
– Деточка, ты что себе позволяешь? У меня есть жених не чета Фокину. Я просто со всеми приветлива. И вообще кое у кого нос не дорос взрослым замечания делать.
Ника противно хихикнула.
– С Колей только время потеряешь. На Андрюху посмотри, он свободный.
Неприятная для меня ситуация вышла. Я себя потом отругала. Если даже мышь мелкая мой интерес к Фокину заметила, то, возможно, и остальным это видно. Надо вести себя иначе. И я стала улыбаться всем парням, с которыми Фокин работал.
– А почему фарцовщиков местная милиция не гоняла? – прикинулась я дурочкой.
Алина засмеялась.
– Ответ прост.
