Номер принадлежит фирме «Автоспасатель», ее владелец Зиновий Крохин. Похоже, это ее сын.
– Дал матери номер, который привязан к его фирме, и бухгалтерия оплачивает счет, – улыбнулся Сеня. – Дашуля, звони! Напрашивайся в гости.
Глава 30
– Я немного удивлена вашим визитом, – произнесла полная женщина в теплом платье и уггах. – Хотите чаю? У меня прохладно.
– С удовольствием, – честно ответила я, у меня зуб на зуб не попадал.
В комнате было не просто прохладно, здесь царила стужа, мне показалось, что температура в доме ниже, чем на улице.
– Сын велит постоянно держать включенными батареи, – пояснила Крохина, – но тогда счет за электричество зашкаливает. Зяма твердит: «Мама, не экономь мои деньги, я нормально зарабатываю». Но я-то знаю, как мальчику рубли достаются. Он их не с дерева трясет, вкалывает с утра до ночи. У вас есть дети?
– Двое, – улыбнулась я, – дочь и сын.
– Хорошие? – уточнила Алина. – Не пьяницы, наркоманы?
– Нет, – ответила я, – Маша ветеринар, владеет клиникой, Аркаша юрист.
– Дети – счастье родителей, – воскликнула Алина, – но я отца и мать не знала. Меня оставили в родильном доме. Одно время я пыталась найти родню, но не смогла, пропало мое дело. Так и прожила всю жизнь в неведении, кто меня на свет произвел.
Я решила поближе подобраться к нужной теме:
– Вас удочерили Крохины.
Алина закатила глаза:
– О да! Каждый воспитанник детдома мечтал оказаться в семье. Мама, папа, бабушка, дедушка, брат, сестра, собака, кошка, по вечерам все пьют чай… Ох, вам не понять девочку, которой снилось, как ее мамочка на ночь целует.
– И я не помню своих родителей, – сказала я, – но мне очень повезло. Я никогда не жила в приюте, меня воспитывала бабушка, она обожала меня. Но, признаюсь, порой я испытывала зависть, глядя, как дети моего возраста идут куда-то с родителями.
– Ангел мой! – воскликнула Алина и направилась к буфету. – Сейчас попробуете мой фирменный чаек, варенье из облепихи, домашний хлеб и масло от своей коровки. И батарею включу.
Вы для меня дорогой гость. Сразу понятно, что вы хороший человек, двух деток воспитали. Это материнский подвиг.
Продолжая хвалить меня, Крохина накрыла на стол.
– Угощайтесь, солнышко. Такого маслица в городе ни у кого не сыскать. Я владею тремя языками, беру учеников. Кто-то может платить, а у кого-то карман пустой, но человек держит корову, курочек. Понимаете?
Я кивнула.
– Я не трачусь на продукты, – продолжала Алина. – Ой, ой! Разболталась совсем.
