Цеховик. Книга 8. Запах денег

Стук летит из-под колёс, мчится вдаль электровоз…

— Я тебя не понимаю! — гневно бросает она мне своё страшное обвинение. — Я вообще не знаю, чего ты от меня хочешь! Говоришь, что твоя невеста, но выглядит всё так, словно мы и не вместе! Заскочил на часок, отодрал и улетел! Как Карлсон! К победам коммунизма! Сегодня ты король бандитов, завтра хулиган, а послезавтра комсомолец, активист и верный ленинец! Слава КПСС! Да ещё и друг генерального секретаря. А мне-то что делать? Какой быть мне, чтобы соответствовать и не стать домашней клушей? У тебя же бабы кругом! Причём, деловые, красивые, резкие, чего-то добиваются в жизни.

А я типа дома сиди, рыбу жарь? Нет, конечно, я не про это, это не причём, но… Но их столько! Лиды, гали, тани, мани! Я всё понимаю… Коллеги, друзья и боевые подруги… Но вернее сказать, что ничего я не понимаю! Вот вообще ничего! Хер с ними, с бабами, я же обещала, что ревновать не буду… Но вот она я, бери, говори, что делать, и я стану твоей боевой подругой. Я, а не эти…

Она замолкает и тяжело дыша, словно лошадь, отмахавшая полсотни вёрст, жжёт меня огнём почерневших глаз.

— В общем, — продолжает она, переведя дух, — мне надо знать, чего ты от меня хочешь. Я буду делать, как ты скажешь, но только скажи что-нибудь. Я буду такой, как тебе нужно, но я должна знать, чего ты от меня ждёшь! Только я хочу быть не девочкой-припевочкой, от которой и надо-то всего, что присунуть, когда приспичит и оправить в стойло до следующего раза. Я или стану частью тебя, или… Уж лучше тогда вообще ничего не надо… По-другому я не хочу, я это поняла… И как поняла, решила, что и тебе надо понять…

— Егор! — окликает меня Игорь.

Я поворачиваюсь и вижу три тёмные фигуры, приближающиеся к нам.

— Добрый вечер, молодые люди, — произносит одна из них и подносит вытянутую руку к засыпанной снегом шапке. — Чем это вы тут занимаетесь?

— Да вот, погулять вышли, — улыбаюсь я. — Простите, не вижу вашего звания.

— Что, посреди ночи погулять? А документики у вас имеются?

Это милиция.

Ночной дозор.

— Имеются. Мы приезжие, гости столицы. В гостинице «Москва» проживаем, вот здесь, рядом. Днём некогда, дел много, вот, только ночь и остаётся, чтобы красотой полюбоваться.

— Ну, давайте, посмотрим, — кивает он.

Я вытаскиваю паспорт и протягиваю ему.

— Намокнет от снега, — говорю я. — Да и невидно же ничего в темноте. Пойдёмте в гостиницу, там и посмотрите.

Милиционер пролистывает страницы моего паспорта и возвращает его мне.