Сердце стучало как сумасшедшее, а в ушах звучал незнакомый и родной мужской голос.
«Беги!»
Разумеется, я не стала объяснять Люне, что навыки дойки и кормления кур у меня из другой жизни. Аристократка я или наследственная торгашка – не важно. Если бы остались живые родственники, меня бы искали. В конце концов, вряд ли те порталы – еще один рушащий крышу сознания феномен – выкидывают людей где попало.
С другой стороны, им может быть не до пропавшей девочки. Вон, Кайюс говорит, все силы брошены на отражение неожиданного нападения.
Я сгребла всю посуду, подхватила таз и прежде, чем выйти с ним на мороз, все-таки уточнила:
– Я вот все думаю… а в каком смысле надежда на драконов?
– Они мудрые создания. А еще очень сильные и одаренные магически, – заулыбалась Люна. – Когда-то давно их заставили уйти из Шейдарра, наш тогдашний король боялся, что они отберут его трон. Но драконы никогда не гнались за властью. Так что спокойно ушли, основали свое королевство далеко в горах, куда нет хода простым людям.
И обещали вернуться, только если их позовут на помощь. Хорошо, что они не стали ждать приглашения в этот раз, сами прилетели! Иначе конец бы нам всем.
Меня ее рассуждения не впечатлили. Скорее, закрались смутные подозрения. Когда это сильные и одаренные отказывались добровольно от власти? Наоборот, стремились вернуть ее всеми возможными способами.
Например, организовав прорыв чудовищ, которых таинственным образом сами же и нейтрализуют.
Только что-то пошло не так, и чудовища вырвались из-под контроля.
В общем, вся эта история с драконами мне доверия не внушала абсолютно. Возможно, я излишне подозрительная, но в благотворительность не верила никогда. У всех есть свои корыстные интересы, даже спонсоры нашей поликлиники и те в большинстве своем банально отмывали деньги.
Впрочем, меня никто не спрашивал. Ни тогда, ни теперь.
Да и вообще про жуткие события вокруг столицы в Потрясье скоро практически позабыли.
Несмотря на кипящую где-то там, в центре страны борьбу за человечество, в нашу глухомань и отголосков не докатывалось. Как жили, так и продолжали.
В город только староста ездить почти перестал. Не хотел рисковать – там ведь, по его словам, довольно сильные маглинии.
Нас с бабой Люной это тем более не касалось – селяне по-прежнему несли кто относительно новую одежду, кто картошки мешок, в обмен на декокты от простуды и для поддержания потенции.
