Я сам охренел, когда увидел. Дети, конечно, похожи на родителей, но чтобы так…
— Хочу много маленьких тебя в нашем доме, — прижимается теснее.
— Поверь, — уже тяну на себя. Доигралась. Прикусываю бьющеюся на шее венку.
— Ты не захочешь. Это он сейчас такой милый. Но если характер будет в меня… Мы с тобой оба свихнемся, если у нас таких вот будет много! Лучше пусть будут копии тебя, Даааашаааа! А я в старости, глядя на вас всех буду млеть от счастья!
— Свихнемся? Мы, кажется, уже свихнулись. Влаааааад!
Хватит разговоров.
Я хочу маленькую Дашу прямо сейчас! Накрываю ее рот поцелуем, жадно проталкиваясь языком в горячий рот.
Эпилог
— Берешь ли ты, Дарина Островская, Владимира Южного в мужья, дав клятву перед Богом любить его в болезни и здравии, в бедности и богатстве, всегда быть верной и покорной своему мужу?
— Да… — шепчу, чувствуя, как по лицу струятся слезы.
Наша сказка на острове закончилась.
Мы поселились в небольшом городке на юге Франции.
В маленьком домике с удивительным садом.
В котором очень много деревьев и высоких розовых кустов. И что-то мне подсказывает, что Влад не случайно остановился на таком месте. За ними нас не видно, и мы можем спрятаться не только за высокой оградой от соседей, но и за этими зарослями и от детей. Там никто не заметит и не найдет.
Он нашел небольшую церквушку с русским священником. И просто поставил меня перед фактом, вернувшись однажды в наш дом с роскошным белым платьем и таким невероятным букетом, который не пролез в дверь нашего домика.
Сегодня все иначе.
Я чуть не задохнулась на пороге церкви, когда увидела всех родных.
Влад позаботился и об этом. Привез родителей, придумав для них сказку о том, что на него покушались и он был вынужден обезопасить меня, инсценировав наши смерти и сменив документы. И Стас. Со своей очаровательной женой.
Когда я заметила в стороне Морока, обмерла. Улыбка сама стерлась с лица, а ноги перестали двигаться.
И пусть я знаю, что он, как и другие, приехавшие на свадьбу вместе с ним, Тигр и Лютый, — настоящий друг Влада, который, фактически, спас нашу семью, а все равно не могу спокойно смотреть на того, кто на моих глазах стрелял в любимого мужчину.
Пусть все давно позади и кажется далеким снов, а все равно сердце щемит и замирает.
Не хочу. Ни единого напоминания о тех ужасах не хочу в нашей новой жизни!"
"— Не бойся, Даша, — шепчет прямо в ухо бархатный голос любимого. Как всегда, опаляя и заставляя подкашиваться колени.
