Так сильно, что хочется обхватить его огромные плечи и просто на них повиснуть. Утонуть в поцелуе, при котором мне неизменно приходится подниматься на носочки, а Владу наклоняться к моему лицу. — Они не станут часто появляться в нашей жизни. Но это друзья. Настоящие друзья, Даша. Те, кому я без сомнения доверю и свою жизнь, и твою. А это бесценно.
Осторожно киваю, цепляясь за его руку. Он прав. Прав, как всегда. Просто мне тяжело смириться.
Но ничего не должно омрачать наш сегодняшний день. И я постараюсь выбросить все мысли о прошлом.
— Берешь ли ты, Владимир Южный Дарину Островскую в законные супруги, обещая перед Богом…
Сквозь гул в ушах я будто издалека слышу его раскатистое бархатное «да».
И пусть у нас другие имена. Другие жизни. Далекая страна…
Наши сердца всегда будут едины. Стучать, как одно целое. Всегда.
Под любыми именами. В зрелом возрасте и в старости. Их не разъединить ни расстояниями, ни даже смертью. Я знаю, что и за ее гранью мы все равно останемся неразлучны. Ведь то, что нас соединило, — за гранью всего земного.
Предначертание. Судьба. Воля Того, кто сильнее и мудрее и нас и всех на свете жизненных проблем и невзгод. Потому что такая любовь… Она на земле не рождается. Она, мне кажется, была прописана еще до нашей встречи, до нашего рождения. Где-то на небесах. Мы те самые две половинки, которые обрели друг друга и соединились. Больше ничто не сможет разлучить. Никогда.
— Дааааашааааа…
Голос Влада возвращает меня в реальность.
— Мой законный поцелуй!
Усмехаюсь.
Как я могла отвлечься настолько, что пропустила разрешение поцеловаться? Ну уж Влад такого пропустить, конечно же, не мог!
— Или ты передумала?
Рывком прижимает меня к себе.
— Поздно, дорогая, — его голос накрывает мои губы, заставляя снова позабыть обо всем на свете. Сердце бьется так оглушительно, что слышно, наверное, на весь храм. Его? Мое? Они неразделимы.
— Ты теперь моя навечно.
Усмехается, а в глазах пляшут самые жаркие черти. Оооооооо, я даже боюсь представить, какой будет наша первая ночь… Безумец.
И я тону. Тону в его взгляде, полном любви, которой не передать никакими словами на свете.
В поцелуе, — таком чувственном, таком долгом, какого не было у нам никогда.
Он разливает по венам невероятный ток. Заставляет проваливаться все глубже и глубже. Сойти с ума.
Но мне не страшно. Как бы не провалилась, Влад удержит. И так будет всегда.
— Люблю, — выдыхаем одновременно, когда любимый наконец отпускает мои губы.
