Цена моей одержимости

— Тимур, отойди!

— Тебе не кажется, — ойкаю от его хватки на «хвосте», — что ты не имеешь права здесь командовать. Приказы тут отдаю я, — приближает ко мне свое лицо, напоминающее непроницаемую маску. Ни один мускул не дрогнул. — Ты сама согласилась на все мои условия, детка.

Еще сильнее тянет за волосы, от чего кожа на затылке дико горит. Прикусываю щеку изнутри, лишь бы не заорать от боли.

— Но я живой человек. Не кукла, — возражаю. Хотя это бесполезно.

— Теперь ты кукла. Моя персональная кукла. Ты будешь делать, что я прикажу, — раскрытая ладонь ложится на живот, оставляя невидимый ожог.

Мышцы дрожат. — Если не согласна, то отдай мне шестьсот тысяч, потраченных на твоего папашу. И это только на лечение. Еще неизвестно в какую кругленькую сумму мне обойдется спасти вашу фирму из болота, — сглатываю ком. — Как смотришь на то, чтобы перепихнуться в моем кабинете?

Открываю рот, чтобы возразить, послать его к черту, но телефон спасает меня от неизбежного. Мелодия раздается на весь кабинет.

Тянусь за смартфоном, слыша грозное рычание Тимура.

Будь его воля, он бы его об стенку разбил. Вижу это в его почерневших глазах.

— Алиса, — взволнованный голос мамы заставляет меня напрячься. — Отцу сделали операцию.

Глава 13

Тимур

— Тимур Андреевич, эта Алиса совершенно не слушается ваших приказов. Делает, что вздумается. Так еще мне нагрубила. На место поставила, как будто я не…

Взмахом руки прерываю ее возмущенную речь. Едва домой зашел, а тут меня уже встречают с каким-то недовольством.

Словно сраная жена, решившая устроить скандал из-за долгого отсутствия мужа.

— С этой Алисой я сам как-нибудь разберусь, — способы очень действенные знаю. — Она не ваша забота.

— Простите, но как же Екатерина? Она же такого не потерпит, — громко фыркает, сложив руки на груди.

Я сейчас ослышался, или прислуга действительно дает мне советы насчет моих отношений с девками? Прищуриваюсь, склонив голову набок и разглядывая лицо Ольги.

Все же она очень серьезна сейчас. Как будто имеет здесь право голоса.

— Это не твоего ума дело, — злюсь неимоверно. — Моя личная жизнь тебя, блядь, совершенно не касается. Занимайся своими непосредственными обязанностями, иначе вышвырну на улицу с голой жопой и без необходимых рекомендаций, — хлопает ртом как выброшенная на берег рыба. — Где Алиса?

— В вашем кабинете, Тимур Андреевич, — потупляет взгляд, виновато опустив голову.

Правильно на хрен делает. Никому не позволено вмешиваться в мои дела. Даже родителям.