Цена твоего прощения

Нормальный мужик будет ныть и за сердце хвататься?

А сейчас сам от чувств задыхаюсь. Горьких, болезненных, которые не получается заткнуть, хотя бы для того, чтобы сообразить, что сейчас делать. Сплевываю кровь от разбитых губ, сажусь прямо на асфальт, облокачиваюсь на колесо, и плевать что пыль и грязь кругом.

- Как вся эта хрень случилась? Ты же трясся над Кирой? - спрашивает Влад."

"- После того, как нам сообщили о взрыве, я рванул к тебе в больницу, а Киру отправил домой. Пока опасность не миновала, был возле тебя.

- Усраться, какая у меня сиделка, оказывается, была! - перебивает он.

- Пока я в больнице торчал, Кира с охраной присылала еду из дома и свежую одежду. - Продолжаю, не обращая внимания на Влада, мне даже больше, чем ему нужно повторить события тех дней. - Когда, я вернулся, она меня встретила, как всегда. А на утро ей стало плохо. Я сначала испугался, думал, может траванули её, потом решил, что от усталости. Ты же видел, как она работала! До нас обоих не сразу дошло, что зря о плохом сразу подумали.

- Бл@ть! Она ещё и беременна была? - ещё один удар по машине.

- Жену я оставил дома, а сам рванул к деду с матерью, обрадовать. - Перед глазами стоял момент, как я подхватываю Киру на руки, и моя девочка смеётся, радостно, светло. - А мать мне выдала, что детей я иметь не могу, мол, в детстве беда случилась, а она скрывала.

- Хорошо, позвонить ты не мог, лично поперся. Хрен с ним, сам хотел обрадовать.

- Но я нажрался, и кроме ревности и чувства, что она меня предала, что стоит мне и врёт, в башке ничего не было. Я её прогнал, не поверил, слушать не стал. Мне же мать сказала! Велел дома сидеть, а мать решила, что раз Кира мне изменила, значит должна понести наказание. А что бы я ни вздумал жалеть, мне сказала, что Кира уехала, сбежала, пока я пьянствовал. - Как простить самому себе, то, что произошло, я не представлял.

Две картинки меняли друг друга, как в забавной игрушке из детства. Только ничего забавного сейчас не было. Кира, смеющаяся у меня на руках, и Кира, с испуганными глазами, полными слёз, когда я сорвал с её пальца кольцо.

- А какого х@я, твоя мать полезла? По-какому праву она в твоём доме распорядилась? - глаза Влада сейчас ничем не отличались от тех, какими на меня самого смотрел Князь. - Твоя мать, прости, но я б башку ей свернул! Придушил собственными руками.