Чайная роза

Кроме спальни Майкла здесь имелась еще одна спальня, где ночевала она сама, и детская, в которой Фиона уложила Сими. В ванной стояли унитаз со сливным бачком, фаянсовая раковина и ванна. Плюс гостиная и кухня с новой плитой, двойной раковиной и большим круглым дубовым столом. Во время мойки и чистки обнаружилось множество симпатичных вещей. Зеленая стеклянная ваза с надписью «Сувенир из Кони-Айленда». Пара подсвечников из прессованного стекла стояла рядом со шкатулкой для драгоценностей, украшенной ракушками. Изображения цветов в рамках.

В гостиной стояли диван и два мягких кресла, обитые фиолетовым вельветином, на полу лежал шерстяной ковер разных оттенков зеленого. Вещи были недорогие, но тщательно подобранные и говорили о вполне приличном достатке.

Действительно, когда-то ее дядя имел неплохой доход и мог бы иметь его снова. Фиона не собиралась вкалывать на чаеразвесочной фабрике или мыть полы в пивных; она хотела работать в магазине дяди. Изучить дело, а потом с помощью денег Бертона открыть собственный магазин.

Из пятисот фунтов она пока истратила только сорок. Еще на пароходе она поменяла пятьдесят фунтов на двести пятьдесят американских долларов. Оставшиеся четыреста десять составляли больше двух тысяч. Это было целое состояние, от которого зависело их с Сими будущее, и его следовало беречь. Она по опыту знала, что жалованья работницы фабрики едва хватает на оплату жалкой комнаты и скудную еду. Если она начнет использовать эти деньги, чтобы как-то свести концы с концами, то скоро останется ни с чем и будет вести такую же нищенскую жизнь, как в Уайтчепле. Но нищей она больше не будет. Она станет богатой. Фиона поклялась отомстить Уильяму Бертону и Котелку Шихану. Она еще не знала, какую форму примет эта месть, но понимала, что для этого потребуются деньги. Кучи денег. Она собирается карабкаться вверх, а не скользить по наклонной плоскости, и храп, доносящийся из соседней комнаты, только подстегивал ее.

В ванной стоял стакан; она взяла его и наполнила холодной водой.

Потом вернулась в спальню и вылила воду дяде на голову.

Он ахнул, фыркнул, сел, посмотрел на Фиону, захлопал глазами и сказал:

— Кто ты такая, черт побери? И почему пытаешься утопить меня?

Фиона не поверила своим ушам:

— Неужели вы ничего не помните? Мы — ваши племянники, Фиона и Сими. Вчера мы разговаривали с вами у Уилана. Вы сказали, что мы можем остановиться у вас.

— Я думал, это мне приснилось, — сказал он и потянулся за брюками, валявшимися на полу.