Чайная роза

О господи…

Послышалось сопение, несколько ругательств и крик боли. Потом на несколько минут наступила тишина. Затем раздался торжествующий клич и команда: «Включайте!» Чудовище ожило снова. Фиона выбралась из лабиринта трубок и передач. Ник увидел, что она измазала щеку и поранила руку. Банки опять посыпались на ленту. Она бросила гаечный ключ, схватила первую, быстро осмотрела ее содержимое и широко улыбнулась.

— Да! — воскликнула она, подбросила банку в воздух и засмеялась. — Да! Да! Да! Мы сделали это! — Когда из машины высыпалась сотня банок, Фиона заметила Ника.

Вскрикнув от радости, она схватила один мешочек, подбежала, села на ящик из-под чая и потрясла перед носом мужа кисейным пакетиком. И тут Ник увидел, что пакетик наполнен чаем. Металлическая скобка прикрепляла к нему нитку, на другом конце которой болталась красная бумажная этикетка со словами «Быстрая чашка „ТейсТи“».

— Потрясающе, радость моя. Просто сногсшибательно. Но, ради Христа, скажи, что это? — спросил он, вытирая носовым платком ее окровавленную руку.

Кровь текла по пальцам Фионы, пачкая обручальное кольцо с бриллиантом и перстень с ослепительным алмазом изумрудной огранки в десять карат, который Ник подарил ей в первую годовщину свадьбы. Сомс посмотрел на ее руку и нахмурился. Шершавая, грязная, исцарапанная, она могла принадлежать поденной уборщице, прачке, но не первой богачке Нью-Йорка. Женщине, которой принадлежал самый крупный и самый прибыльный чайный концерн в стране, не считая тридцати пяти салонов «Чайная роза» и сотни с лишним фирменных магазинов.

Фиона нетерпеливо выдернула руку, недовольная его придирчивым осмотром.

— Звучит впечатляюще, — одобрительно сказал Ник. — Очень по-американски.

— Вот именно! — вскочив на ноги, ответила Фиона. Понимаешь, все дело в экономии времени и усилий! «Новый чай нового века»! Звучит, а? Это Нат придумал. Его цель — молодые люди, которые считают чаепитие китайскими церемониями. Он хочет создать совершенно новый рынок. Ник, ты бы видел рисунки Мадди! На одном «Быструю чашку „ТейсТи“» пьет актриса в сценическом костюме.

На другом ее пьет машинистка, не отрываясь от работы, на третьем — студент во время лекций, на четвертом — бреющийся холостяк. И… Ник, Ник, послушай… Стюарт заказал композитору Скотту Джоплину песню. Она называется «Глотни чаю на бегу»! Через месяц под нее будет танцевать вся страна. Ох, Ник, милый, ты только представь себе!

В неповторимых глазах Фионы горело синее пламя. Ее лицо сияло.