Чайная роза

Внезапно прозвучавший скрежет заставил Стюарта и Данна вновь броситься к машине. Чувствуя себя так, словно его сердце сжала рука великана, Ник встал и небрежно сказал Фионе, что ему пора уходить: должна заехать директриса галереи Гермиона Мелтон и отчитаться о работе за неделю. Эту молодую англичанку Ник увел из «Мет» два года назад, после того как Экхардт сказал, что работать ему больше нельзя. К облегчению Сомса, его уловка сработала; Фиона перестала беспокоиться. Он спросил, придет ли жена к ужину. Она ответила, что придет.

Ник поцеловал ее на прощание и велел возвращаться к работе.

Боль в груди становилась все сильнее. Он с трудом дошел до своей кареты, залез в нее, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Слегка отдышавшись, Ник сунул руку во внутренний карман сюртука, вынул флакончик и достал из него белую пилюлю. Она должна была успокоить страдавший орган, который бился и трепыхался внутри, как выброшенная на берег рыба.

— Давай же, — простонал он, обращаясь к таблетке. — Сделай что-нибудь…

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем карета остановилась у роскошного дома на Пятой авеню, в котором он жил с Фионой.

Когда Ник вылез и для сохранения равновесия схватился за перила парадной лестницы, его рука на фоне белого мрамора показалась голубой. Дверь открылась. Он поднял глаза и увидел дворецкого Фостера. Привычное приветствие слуги сменилось тревожным восклицанием:

— Сэр! О господи… позвольте помочь вам…

Боль в груди взорвалась, и Ника окутал столб ослепительного пламени.

— Фостер, вызови Экхардта… — успел выдохнуть он и упал.

Фиона Финнеган-Сомс, придерживая юбки, осторожно перебралась через ограду из железнодорожных рельсов, отделявшую ее чайную фабрику от Уэст-стрит. За ней шел ночной сторож, юноша лет восемнадцати.

— Миссис Сомс, почему вы не хотите, чтобы я нанял для вас кеб? — спросил он. — Вам не следует ходить одной. Уже темно, да и всякие типы тут шляются…

— Все будет в порядке, Том, — пряча улыбку, ответила энергично шагавшая впереди Фиона.

 — Мне нужно немного пройтись пешком. Эта чертова машина меня чуть не доконала.

— Она красавица, правда, миссис Сомс? Сто пакетиков в минуту. Мистер Брайс сказал мне. В жизни не видел ничего подобного.

— Действительно… — Внезапно Фиона остановилась и посмотрела мальчику в лицо. — Том, а почему ты называешь ее «она»?

— Простите, мэм, не понял…

— Новую машину. Почему «она», а не «он»?

— Наверное, потому же, почему и судно. Никогда не знаешь, чего от него ждать.