Чайная роза

— Мистер Бертон, сэр, мне ужасно жаль… — заикаясь, выдавил он, встал и красноречиво посмотрел на дверь, приказывая Фионе уйти.

— Одну минутку, — закрыв гроссбух, прервал его Бертон. — Я хочу знать, почему одна из моих упаковщиц считает, что она разбирается в бизнесе лучше, чем я.

— Потому что я знаю эту работу, сэр. Занимаюсь ею каждый день, — ответила Фиона, заставив себя посмотреть сначала холодные черные глаза Бертона, а потом в глаза другого человека. Они были красивого бирюзового оттенка и совершенно не соответствовали его грубому, хищному лицу.

 — Если бы вы не увольняли девушек, а слегка изменили процесс, можно было бы за то же время упаковывать больше чая. Я знаю, вы это можете.

Фиона сделала глубокий вдох.

— Ну… каждая девушка заполняет свою тару, верно? Если это коробочка, она должна ее склеить; если это банка — то наклеить на нее этикетку. Потом она наполняет упаковку чаем, запечатывает ее и с помощью штампа проставляет цену. Трудность в том, что мы должны оставлять свои рабочие места и ходить за запасами.

На это уходит слишком много времени. А иногда на кисточку попадает чай. Это приводит к потере продукта. Нужно сделать только одно: взять часть девушек — скажем, двадцать из пятидесяти пяти — и поручить им заниматься тарой. Еще пятнадцать будут взвешивать чай и насыпать его в упаковки. Еще десять будут их запечатывать и штамповать. А десять последних — подвозить запасы. Понимаете, так каждая девушка сможет сделать намного больше. Выход увеличится, а стоимость одной упаковки снизится. Я в этом уверена. Сэр, может быть, мы попробуем?

Бертон сидел молча и смотрел на нее. Потом он уставился в потолок, обдумывая ее слова.

Фиона восприняла это как добрый знак. Он не сказал «нет» и не выгнал ее. По крайней мере пока. Она знала, что девушки ее слышали, спиной чувствовала их взгляды; ее плечи ощущали тяжесть отчаянных надежд подруг. Ее идея имела смысл; в этом Фиона не сомневалась. «Пожалуйста, пожалуйста, пусть он тоже думает так!» — молилась она.

— Хорошая мысль, — наконец сказал Бертон, и у Фионы отлегло от сердца.

 — Мистер Минтон, — продолжил он, — когда вы закончите, усовершенствуйте процесс с оставшимися девушками.

— Мистер Бертон, но… — У Фионы сорвался голос. — Я думала, что вы позволите им остаться…

— Зачем? Вы же только что показали мне, как сорок девушек могут заменить сотню. Зачем я буду платить пятидесяти пяти? — Он улыбнулся компаньону. — Более высокая производительность за меньшую плату. Банк будет счастлив, Рандольф.