Чайная роза

 — Так блестит! Не могу поверить, что это кусок старого стеклянного флакона, выловленный из реки.

— Это не стекло, Фи. Это скарабей. Вырезанный из сапфира.

— Ты шутишь! — прошептала она.

— Нет. — Он взял у нее кольцо. — Я отдал его оправить сразу же, как только смог это себе позволить, а потом спрятал в надежде, что в один прекрасный день смогу отдать его тебе лично. Через неделю после отправки камня в Париж мне позвонил ювелир и сказал, что это сапфир. Древний. И кстати, очень дорогой. Ты продала его за бесценок.

 — Он покачал головой, вспомнив прошедшие годы, и внезапно загрустил снова. — Странно… Ты держишь в руке драгоценный камень, выбрасываешь и только потом узнаёшь, что он собой представлял…

Фиона взяла его лицо в ладони, поцеловала и сказала:

— Не надо. Хватит с нас печальных воспоминаний. Будем помнить все только с сегодняшнего дня.

Он надел кольцо ей на палец:

— Раз так, пусть это будет первое. Камень старый, а воспоминание новое. — Потом Джо встал и наполнил бокалы.

Фиона полюбовалась кольцом, а затем с напускной скромностью посмотрела на Бристоу.

— Это значит, что мы теперь жених и невеста?

— О том, какая из тебя получится жена. Ты умеешь готовить?

— Как насчет глажки? Гладить умеешь?

— А что же ты тогда умеешь?

— Как, опять? Ты ненасытная. Похотливая, как коза. Я всегда слышал, что к старости женщины становятся хуже кошек.

Она опрокинула Джо на кровать и села на него верхом. А когда огонь догорел и Фиона уснула в его объятиях, Джо лежал и улыбался, надеясь, что ее слова окажутся правдой, что печальных воспоминаний больше не будет и их место займут новые, счастливые.

Больше ничто не будет стоять между ними. Темное прошлое перестанет пугать их. Останется только светлое, ничем не омраченное будущее, которое они построят вместе. И проведут его тоже вместе. До самого конца.

Глава восемьдесят третья

— Бобби Девлин, — сказал Родди, оторвавшись от разложенных на письменном столе бумаг и посмотрев на гостя, стоявшего в дверном проеме. — Мы в восхищении.

— Хорош трепаться, О’Меара, — ответил Девлин и бросил на стол Родди номер «Клариона».

 — Завтрашний выпуск.

Родди потянулся и достал карманные часы. Они показывали три.

— О господи, неужели уже так поздно? — Была суббота. Он пришел в девять, чтобы разобрать завал. В последние недели О’Меара был так занят поисками Уильяма Бертона, что совсем забросил другие дела. Он показал Девлину на стул. — Ты теперь заодно и газеты по домам разносишь?

— Думал, это будет тебе интересно.