Чай с жасмином

Пожилой, но давно обросший «золотыми» связями и достаточно борзый дядька, чтобы угомонить золотую молодежь этого района.

Мы хорошо знакомы. В прошлом году уговорил Миху участвовать в программе по трудным подросткам. У нас тренируется группа из местных пацанов попавших на учет. И сейчас я очень рад, что подписался на эту историю. Вот это, на мой взгляд, и есть Божий промысел. Ты делаешь добро и получаешь какие-то бонусы за это. И близкое знакомство с нашим участковым — мой бонус.

— Пригласишь?

За его спиной я вижу мужа Яси.

— Это понятые? Или так, сочувствующие.

— Пока — сочувствующие.

— Тогда, пусть посочувствуют отсюда. Заходи. Один.

Закрываю дверь перед носом Джана. На ключ.

— Чаю? С жасмином.

— Не откажусь, — вздыхает он, глядя на стоящую в дальнем углу комнаты Ясю. — Здравствуйте… Жасмин, если не ошибаюсь.

— Здравствуйте… — шепотом и опуская глаза.

— Леха, ты идиот? — снижая голос.

Присаживается за стойку бара.

— Разве, я нарушил закон?

— Конечно! Ты в курсе, что у нас заявление на похищение?!

— Расследуйте. Я не скрываюсь. Похищения не было. Она добровольно здесь.

— Жасмин, подойдите к нам, пожалуйста.

Яся переводит на меня взгляд.

— Иди сюда, двигаюсь я на стул дальше. Садись. Не бойся. Это хороший справедливый человек, — улыбаюсь я Иванычу. — Он поможет тебе.

Наливаю чаю и Ясе.

— Пей… — успокаивающе веду ладонью по спине, наблюдая, как ее глаза испуганно увеличиваются.

Достает лист протокола.

— Ты должна честно ответить на его вопросы, Яся.

Достает второй.

— И ты тоже, Алексей. Как Вы здесь оказались, Жасмин.

— Он выгнал ее.

— Помолчи! Не тебя спрашиваю! Жасмин…

— Я была на улице…

— В одном этом платье… — добавляю я. — В минусовую температуру. Очень длительное время.

— Помолчи. Дальше.

— Мне… как это… плохо… — касается она ладонями глаз. — Темно… слабость… от холод.

— Вам стало плохо?

— Да. Леша… помог. И вот… — опускает она глаза.

Ну, слава тебе Господи! — выдыхаю я.

— Спроси ее как она там оказалась, Иваныч.

Раздраженно хмурится но спрашивает.

— Муж наказал, — неуверенным голосом.

Смотрит на меня, ища поддержки.

— Как наказал? Все говори!!

— Сказал… что воспитывать меня… — кусает губы, глаза наполняются слезами. — На колени сказал стоять или на улице оставаться. Дверь замкнул.

— Домашнее насилие? На улице было минус пять. Ветер. Снег.