Час бультерьера

Зоинька, вы на связи?

– Ух ты! Всего-то короткое «да», но я уловил свежую нотку в вашем голосе. Вы возбуждены?

– Завидую вам, матушка. А я, знаете ли, волнуюсь перед нашей очной встречей. Калеки вроде меня всегда комплексуют на свиданиях с очаровательными сеньорами... Але, Заинька, вы где сейчас находитесь, расскажите.

– Приближаюсь к проходной.

Около рамки металлоискателя стоит запыхавшийся, раскрасневшийся Пушкарев. Рацию Евгений Владимирович зажал под мышкой, в руках держит блокнот, под ногами у Пушкарева валяется черный фломастер.

На разлинованном листке блокнота с логотипом «Никоса» в уголке крупная надпись печатными черными буквами: «ПУСТО». Зоя кивнула, значит, «наружка» пока не засекла говорливого хохотунчика по кличке Бультерьер.

– Зоя, але! Вы скоро выходите?

– Считайте, я на воздухе.

Она миновала рамку металлодетектора, прошла через отключенный турникет, спустилась на три ступеньки. От ступенек до вертушки прозрачных дверей в два ряда выстроились «шкафы»-бодигарды. Зоя бодро прошла сквозь молчаливый строй добрых молодцев – культуристов, толкнула дверную панель.

– Зоинька, вам не очень холодно?

– Ерунда. – Она с удовольствием вдохнула студеный уличный воздух. – Куда мне дальше идти?

– Прямо, Зоинька. Ать, два, выходите с территории «Никоса» на тротуар для простых смертных.

Зоя обошла овал клумбы с искусственной едко-зеленой травой, пошла мимо столбиков с кокетливыми фонариками к закрытым ажурным воротам. Сотрудник внешней охраны, фамилию которого Зоя запамятовала, вышел из сторожевой бетонной будки, открыл железную калитку свободной от коробочки рации рукой и, глядя на Зою грустными глазами, произнес вполголоса: «Ни пуха ни пера».

В ответ Зоя махнула свободной от телефона рукой, дескать, пошел к черту.

– Алло, я вышла за территорию.

– Отлично. Поверните направо и вперед прогулочным шагом.

Зоя повернулась правым боком к ограде, пошла, оглядываясь по сторонам. На проезжей части автомобилей раз, два и обчелся, вдалеке спина одиночного прохожего.

– На меня все оборачиваются, – соврала телефонной трубке Зоя.

 – Я нелепо выгляжу, без верхней одежды, без головного убора, но с мобильником. Долго мне так идти?

– Идите, Зоинька, гуляйте. Вальяжно, типа, гранд дама – морж, совершающая моцион перед сном. Я планировал подобрать вас прямо у ворот, по попал, извиняюсь, в пробку, выбился из графика. Последние годы в Москве прям-таки какая-то автотранспортная эпидемия. Легковушки плодятся и множатся не по дням, а по часам.