Час бультерьера

Он стоял, широко расставив ноги, засунув руки в накладные пиджачные карманы, расправив плечи. – Вы вошли в помещение. Что дальше?

– Полюбуйтесь. – Бультерьер сунул обтянутые черной кожей одеревеневшие пальцы в прорезь плаща на груди, резко дернул, пуговицы выскочили из петелек, и плащ распахнулся полностью.

Зоя вытянула шею, повернула голову – талию Бультерьера действительно опоясывала грубая тряпка с кармашками для тротиловых шашек. Помимо цилиндров взрывчатки Зоя заметила путаницу бесцветных проводов на правом боку, небрежно припаянные к двум проводкам клеммы, торчащие из пластмассового квадратика с пуговкой кнопки.

– Нравится, Зайка моя? А вы небось успели заподозрить Тома Круза во лжи, подумали, что я блефую, говоря про «пояс шахида».

– Что дальше? – повторил вопрос Пушкарев.

– Мы с Зоинькой-заложницей идем дальше, к лифтам. Мы поднимаемся на последний этаж, к кабинету Михал Юрича Юдинова. Ты, Женя, прям щас мчишься опрометью незнамо куда и догоняешь нас в президентском кабинете, имея при себе ключи от личного сейфа Юрьевича.

Ферштейн?

– И все? – Густые брови начальника службы безопасности изогнулись удивленной дугой. – Выпотрошишь сейф, и все?

– Ты разочарован, Женя? – усмехнулся Бультерьер под маской кинозвезды. – Да-с, родной! Возьму кой-чего из сейфа, и далее события будут разворачиваться по уже оговоренной с тобой схеме.

Пушкарев хмыкнул, развернулся кругом и побежал к лифтам.

– Пошли и мы, Заинька... Ух ты! Да у вас, вот диво, турникетик прям, типа, как в метро, и рамочка того же типа, что в аэропортах.

Ух, как здорово – камера под потолком. Нас снимают! Улыбнитесь в объектив, Зоинька... По уму у вас все тут устроено. Особенно мне понравилась придумка Юдинова хранить ключи от сейфа на работе, отдать их в ведение службы безопасности, а шифр от того же сейфа держать в голове. Двойная страховка получается, очень разумно.

Они подошли к лифтам. Над крайними левыми сомкнутыми створками зажигались и гасли выпуклые цифры – лифт поднимал Пушкарева на этаж службы безопасности.

Черный кожаный палец ткнул кнопку вызова около сомкнутых створок среднего лифта. Створки расступились.

– Прошу в кабину, Зоинька-Заинька. Надеюсь, Женька поторопится и нам не придется скучать, ожидая...

Он болтал, гнал пургу не переставая, а кабина лифта приближалась к «гостевому этажу», и Зоя мысленно молилась богам и дьяволам, всем высшим существам, кого удалось вспомнить.

– ...утомился! Гранату тискать надоело до одури.