Часодеи. Часовая башня

 — У тебя просто не будет выхода… Да, ты вернешь его так или иначе.

Ухмылка мальчишки напоминала хищный оскал, превративший его лицо в жуткую, неприятную маску. В черных глазах появилось странное выражение — холодное, беспощадное, равнодушное.

И Василиса поняла, что оно означает.

— Так что поешь, Огнева, — зло добавил Марк. — Кто знает, когда еще придется… И придется ли.

К счастью, торжественный ужин завершался: часы в прозрачном корпусе показывали без пятнадцати полночь.

Близился Новый год.

Нортон-старший объявил о завершении ужина, и гости спешно покинули свои места.

Неожиданно пропал и трехглавый камин. Вместо него, поместившись аккурат между елок, появилось прямоугольное зеркало в старинной серебряной раме. Оно было таким огромным — почти достигало потолка. Несмотря на усилившееся чувство тревоги, Василисе вдруг стало интересно, кто и когда сделал такое здоровенное зеркало — его поверхность казалась идеально ровной.

Астрагор вышел вперед и встал к зеркалу спиной, заложив руки за спину. Его черные глаза на желтом пергаментном лице горели странным, лихорадочным огнем, хотя в остальном Великий Дух Осталы оставался спокоен.

— Я хочу обратиться к нашим ключникам, — громко произнес он. — Вы уже знаете, что на протяжении всего путешествия будете слышать время — ровно двенадцать ударов. Не забывайте считать их, потому что с последним ударом вы должны вернуться назад.

Ровная поверхность зеркала подернулась серебристой дымкой, и в его глубине тотчас образовался длинный коридор из бесконечных рядов елок по бокам.

Василиса поняла, в чем дело, — просто в нем отбивались многочисленные проекции другого зеркала, стоящего позади, такого же гигантского. Но самое интересное — в этих зеркалах почему-то не отображался ни один человек, находившийся здесь, словно Часовая Зала сейчас пустовала.

— Вы пойдете по одному, — продолжил Астрагор.

Произнеся эту речь, он отошел в сторону, а на его место вышла госпожа Мортинова.

— Первой выступает Мариша, хрустальная ключница. — Елена улыбнулась своей лучшей воспитаннице. — Удачи, дорогая.

Девочка кивнула, подошла к зеркалу и осторожно коснулась его поверхности хрустальным ключом. Ее рука задрожала при этом.