Часть Европы. От истоков до монгольского нашествия

Добыча была столь богатой, что из тканей (большой по тем временам ценности) победители сшили паруса для своих судов: славяне из полотна, а «русь» (варяжская дружина) даже из шелка.

Летописное описание славного похода по традиции перешло из дореволюционных гимназических учебников в советские, а оттуда и в некоторые современные, однако всё это, вероятно, не более чем красивая сказка.

Не могло быть у Олега таких размеров войска, не могли корабли катиться по суше. Маловероятно и триумфальное приколачивание щита, который сразу после ухода русов был бы снят и выкинут.

Скажем больше: кажется, никакого нападения на Константинополь вообще не было. Византийские хроники не умолчали бы о таком грозном событии – ведь предыдущее (860 г.) и следующее (941 г.) появления «северных варваров» у ворот столицы подробно описаны.

Наша летопись пересказывает условия мирного договора 907 года, якобы заключенного прямо во время похода, однако никаких упоминаний о переговорах в византийских источниках не обнаружено.

И всё же, пускай «Повесть временных лет» выдает за факт предание и никакой осады Царьграда не было – походом на греков Олег наверняка ходил, и это предприятие оказалось весьма удачным.

Однако русским была нужна не дань, а торговое соглашение. И лучшим доказательством успеха похода (или просто военного давления) на Византию является то, что первый русско-греческий договор был вскоре заключен, причем на очень выгодных для Киева условиях.

Рождение российской дипломатии

«В лето 6420 (911). Посла Олег мужи свои построити мира и положити ряды межи Грекы и Русью». В Константинополь прибыло большое посольство для заключения «многолетнего мира». В результате переговоров появился первый международный юридический акт Киевского княжества, так что с этого момента ведет свою историю отечественная дипломатия.

Сохранилась лишь русскоязычная версия соглашения, подробно пересказанная в «Повести временных лет», но в подлинности документа ни у кого из исследователей сомнений нет. Лингвистический и историко-юридический анализ подтверждают, что текст в точности соответствует греческим канцелярским образцам той эпохи. Кроме того, о заключении мирного договора с русами есть упоминания в византийских источниках.