Зависть, ревность, желание мести, реальные признаки ненависти – об этом свидетельствуют вырезанные фотографии; угрозы расправиться с Арно – есть свидетели; прибавьте розыгрыши по телефону – актерская идея! Возможно, что он просто-напросто хитрее, чем мы предположили…
– Ну а Пьер?
– Он свою жену слишком любит…
– Вы находите?..
– А вы – нет?
– Я…
– Не заметили?
– Разумеется, заметил, – поспешно и сухо ответил Максим. – Так что вы хотели сказать?
– Жену, говорю, слишком любит, чтобы причинить ей такую боль.
Как бы он ни хотел украсить этим столиком свою коллекцию, жена ему дороже. Она, если хотите, самая драгоценная штучка в его коллекции.
– Интересное определение.
– Не согласны?
– Отчего же… Метко сказано. Так кто же тогда?
– Возможно, что кто-то другой, третий. Я ничего не утверждаю, но… Я хочу еще раз повнимательнее осмотреть ваш столик. Я, собственно, поэтому и приехал. Можно?
– Ради бога. Но почему?"
"– У меня не выходит из головы та попытка кражи. Видите ли, Максим, получается весьма странная вещь: столик пытались украсть, тогда как никакого практического интереса красть столик ни у кого не было и не могло быть.
По одной простой причине: вор не смог бы ни продать, ни просто поставить у себя дома этот столик. Во всяком случае, так утверждают компетентные люди. Вот я и думаю: зачем его пытались украсть? Или, точнее, нет ли чего в самом столике?..
– Тайник с сокровищами? – с сомнением спросил Максим.
– Почему бы и нет? – таинственно проговорил Реми. – Почему бы, собственно, и не сокровища?
– Ну-ну.
Допив чай, они направились к столику. Реми достал лупу и стал разглядывать его гладкую поверхность сантиметр за сантиметром, время от времени постукивая и нажимая на разные места. Максим открывал и закрывал маленькие мелкие ящички, всматриваясь в щели и ощупывая донышки.
Звонок телефона отвлек его.
– Алло?
Молчание, бездонное молчание и короткие гудки отбоя. Максим бросил трубку.
– Вуаля, – сказал он, – опять кто-то с проверкой.
– Я нашел, – сказал, покряхтывая, Реми, выбравшись из-под стола.
– Сокровища?
– Нет, пластинку. Снизу есть деревянная пластинка, которая нажимается.
Максим полез под стол смотреть.
– Действительно… И что? Я нажал, что-нибудь произошло?
– Нет.
Реми снова залез под стол, и они, голова к голове, разглядывали, нажимали и отпускали пластинку, которая, как на пружинке, одним краем входила в глубину столика.
– Ну-ка подержите пластинку нажатой, – сказал Реми. – Там что-то есть.
