Максим нажал, и Реми запустил в щель пальцы.
– Там рычажок, – сообщил он.
Максим запустил свои пальцы.
– Точно. Надо его, наверное, повернуть?
– Ну так поверните!
– Не так-то просто… У меня пальцы не двигаются, слишком тесное пространство… – пыхтел он. – Вот наконец! Повернул.
Они разглядывали нижнюю поверхность столика в ожидании эффекта.
– Ну и что? – сказал Максим. – Ничего не происходит.
– Вылезаем, – скомандовал Реми. Они выбрались и стали снова оглядывать верхнюю поверхность, снова открывать и закрывать ящички, снова разглядывать поверхность столика в лупу.
Наконец Реми распрямился, потер поясницу и направился к дивану. Максим последовал за ним. Они сидели некоторое время молча, созерцая столик.
– Кофе хотите? – предложил Максим.
Реми не ответил и кинулся к столику. Он ухватился за планку, разделяющую ящички, поводил по ее контуру тонкой отверткой и, после некоторого сопротивления, откинул ее.
Под ней обнаружилась узкая и глубокая щель, напоминающая жерло почтового ящика. Реми победно смотрел на Максима, держа отвертку в руках, как кубок чемпиона. Максим приблизился, не веря своим глазам.
– И вправду тайник…
Они наклонились, впившись глазами в узкое темное пространство, охраняемое четырьмя маленькими металлическими штырьками, которые обычно удерживали планку на месте. Ничего не было видно. Реми просунул пальцы и пошарил ими.
– Я бы сказал, что этот тайник был сделан не для хранения драгоценностей, а скорее для бумаг… Писем тайных там или дневников… Ничего, пусто. Поцарапался, черт.
Он лизнул царапину, оставленную зубком штырька. Принюхался, лизнул еще раз и смешно почавкал, будто что-то пробуя на вкус.
– Если вы вампир, то весьма оригинальный, который пьет собственную кровь, – заметил, усмехаясь, Максим. – Обычно пьют чужую.
– Да нет, – сказал, причмокивая, Реми. – Маслом пахнет, машинным.
Максим в свою очередь осторожно запустил свою ладонь, насколько позволяло отверстие.
– Ничего, – подтвердил он.
Реми достал фонарик и высветил тайник до самого дна.
– Ничего, – переглянулись они.
Вернувшись к диванам, они уселись, укоризненно поглядывая на столик, обманувший их ожидания.
– Тайник, – произнес Реми. – Надо же, как в романах.
