Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ

Врачей Степан Михайлович, как его теперь называли, боялся не меньше морской глубины и, когда на очередную комиссию приходил, каждому в глаза заглядывал, пытался понять, что они такого у него обнаружили, и надоедливо дёргал расспросами. Решил первый день начать с окулиста, по его мнению, самого безобидного врача. Зрение отличное, сюрпризов не ожидается. Ошибся! Заказал карточку, пошёл ожидать своей очереди. Народу почти никого – удачно зашёл. На дверях висела табличка – Смирнова Светлана Юрьевна. «А где Борис Евгеньевич? – подумал Степан и вспомнил, что врач-то был совсем старый, умудрённый знаниями и опытом.

 – Жаль, если умер! Такие врачи – один на миллион!»

К счастью, прежний окулист пребывал в здравии, только в свои 80 подхватил где-то простуду и отлёживался дома, неторопливо потягивая чай с малиновым вареньем. Таблетки категорически пить отказывался, считая их химерой и большим заблуждением человечества – ну если только в крайнем случае.

Смирнова Светлана Юрьевна оказалась на редкость милой и внимательной и совсем молоденькой.

Больше всего поразила её хрупкость. Она стояла у таблицы и тыкала указкой в буквы, а Степан забылся, вытянул руку и представил, как она, невесомая, вся помещается на его ладони.

– Степан Михайлович, вы отвечайте, что за буква! Что вы руку тянете? Не видите?

– Да вижу, вижу! Прекрасно вижу… Простите, забылся.

Он выходил из кабинета с лёгким разочарованием. К другим специалистам не пошёл, хватит на сегодня впечатлений. После поликлиники – к маме, только вчера с Томочкой виделись, а уже скучает.

Неожиданно Таня позвонила, совсем рядом, заедет. И Зинаида… За стол сели. Мама, как всегда, ватрушку на стол с извинениями, что уж в следующий раз обязательно пирог какой испечёт или рулет с орехами.

– Мы именно за этой ватрушкой к тебе каждый раз и прёмся! Лучше на свете нет!

Томочка дневник показывает, одни пятёрки. Все понимают – большая заслуга в этом бабушки. Таня чуть приревновала.

– А что моих охламонов не берёшь на воспитание?

– Я с мальчиками не очень умею.

Это отец ваш был мастак из мальчишек мужиков настоящих делать!.. Так ты и сама никогда не отдашь, любишь всё под контролем держать. Как Олежка тебя терпит, главнокомандующий ты наш?

«Жаль, Миша не дождался такого счастья. Все довольны, все рядом, всё сообща, – сердце сжалось у Валентины. – Не вечные мы, что сетовать… Может, смотрит сейчас на нас с небес и радуется?!»

На следующий день Степан опять на комиссию собрался, вроде про врача-окулиста позабыл совсем.