Часы, идущие назад

В кадрах к его матери никогда не предъявляли претензий по поводу него – он же не был официально судим. Допросить мать не представляется возможным, она умерла несколько лет назад. Но в кадрах мы получили еще одну любопытную информацию.

– Какую? – спросил Гущин.

В этот момент Кате пришло сообщение. Поглощенная новостями, она мельком взглянула на него – ага, Анфиса… куда-то едет… с капитаном Первоцветовым… Куда?

– Что там такое, Федор Матвеевич?

– Незадолго до его смерти в больнице Петрушу-Кучу взяли на наркоте вторично.

Но там было все зыбко, доказательства хлипкие – там группа действовала по сбыту кокаина, не он один. Так нам сказали в отделе по борьбе с наркотиками. И по нему тогда им был звонок из нашего Главка. Нет, его не пытались отмазать, просто наводили справки – что там и как, будет ли возбуждаться уголовное дело непосредственно в отношении него. И знаете, кто звонил? Его брат.

– Брат? – Гущин внезапно охрип.

– Он сотрудник полиции, работал в Главке. А сейчас временно назначен в Горьевск.

Он тамошний уроженец, как и Петруша-Куча. Они оба оттуда. У них разные фамилии. Мы сначала не сориентировались. Но потом все узнали точно. Младший брат Петра Кучина – это нынешний исполняющий обязанности начальника ОВД Борис Первоцветов. Он тоже внук комиссара госбезопасности второго ранга от НКВД – разные фамилии, но одна кровь!

Катя подумала, что Гущина вот-вот хватит удар. Он побагровел. Резко дал отбой. Оглядел коридор.

Ринулся к экспертам.

– Где он?! Где Первоцветов?!

– Уехал.

Сказал – что-то срочное. Уехал на патрульной машине.

Катя выхватила мобильный, прочла сообщение Анфисы. Прочла снова. И еще раз. Сунула мобильный под нос Гущину. От волнения она не могла говорить.

Гущин выскочил из ОВД, на ходу отключая сигнализацию своей машины. Катя, спотыкаясь, бежала за ним. Она даже забыла взять в кабинете куртку.

Гущин шарахнул кулаком по рулю. Нажал на газ. Внедорожник рванул с места так резко, что Катя на заднем сиденье едва не стукнулась подбородком о подголовник.

Она с ужасом думала, что теперь будет. Что с Анфисой? И есть ли у полковника Гущина пистолет?

Они оторвались друг от друга, потому что им обоим не хватило воздуха. Анфиса неотрывно смотрела ему в глаза. Они оба продрогли на ветру. Но ее согревал его жар. Он был словно в лихорадке. И при этом внешне спокойный. Даже бесстрастный. Только взгляд… Синее пламя…

Он снова ее поцеловал. Крепко. И как-то отчаянно.

Внизу послышался шум. Визг тормозов.