Чебурашка

Умения хватит, я вон уже сколько тренируюсь. Я протягиваю руку к Катькиному бокалу, подхватываю и залпом выпиваю остатки. Может, от алкоголя мой доктор проснётся.

— Спасибо за обед, — говорю я, — но нам уже пора.

— У вас же вечером самолёт, — удивляется Артур.

— Нам ещё к тётке Катиной нужно заехать, а это время. Она в Свиблово обитает.

— Ага, — кивает Катя, глядя на меня. — Надо навестить.

— Ну, ладно, тогда сейчас пойдём.

Он расплачивается сам, не давая мне поучаствовать, и мы выходим из кафе.

— Ну, ладно, — улыбается он.

— Артём, спасибо за сегодняшнюю психическую защиту. Машка всё сегодня перевезёт, на другой адрес, чтобы не дразнить быка. Если что-то будет надо, звони мне, всё решим, ничего невозможного не существует. Кать, ну, а ты, как приедешь, тоже звони. Я тебе Москву покажу. Ну, после экзаменов, конечно. Давайте, ребята, не пропадайте.

Блин! Тёмный Доктор, просыпайся, гад! Мне кажется, он возится, пытаясь появиться, но так и не появляется. Собака неуправляемая. Мы прощаемся с Артёмом и едем в «Третьяковку».

— Ты чего разозлился-то? — спрашивает Катька. — Вроде этот Артур довольно безобидный тип. Пижон, конечно, но в целом нормальный.

— Кать, ты не знаешь, чего таким вот в целом нормальным дяденькам от красивых девочек нужно?

— Так это ж от красивых, — пожимает она плечами, поддразнивая меня, но заметив, что я сейчас взорвусь, даёт задний ход. — Ладно, ладно, я пошутила. Всё я знаю, не ты один Толстого читал.

На «Новокузнецкой» мы выходим и идём по Пятницкой.

— Тёма, расскажи про свой гипноз.

Ты, конечно, лихо там напустил тумана про программирование психическое и всё такое, но только мне кажется, что это чушь. Расскажешь?

— Я не знаю, — пожимаю я плечами.

— Не хочешь, — кивает она.

— Нет, правда не знаю, просто так получается в какие-то критические моменты.

— Как тогда, на рынке?

— Ну, да, я, честно говоря, думал, что тогда Хаблюк со своим удостоверением хулиганов разогнал. А сейчас вот уже не уверен. Может, и я. Кать, только ты об этом не говори никому, ладно?

— Мог бы даже и не предупреждать.

— Да, прости, ты права.

— То есть ты действительно не всё время можешь приказы отдавать?

— Приказы отдавать я всегда могу, — усмехаюсь я, — но вот добиваться их неукоснительного исполнения — лишь иногда.

— Ну, давай попробуем. Скажи мне что-нибудь сделать.

— Давай… Чтоб тебе приказать… Ну-ка подпрыгни на пять метров.

— Ну, не-е-е-т, — смеётся она. — Во-первых, у меня сумка, а, во-вторых, это невозможно.