Чебурашка

А то он утром умотает куда-нибудь и накроются твои желания. Пошли, из автомата наберёшь, на углу.

— У меня двушки нет.

Дядька соглашается, правда, почуяв, что является моей единственной надеждой, требует не чирик, а четвертной. Я соглашаюсь и в половине двенадцатого он подъезжает к драмтеатру.

Но подъезжает не один. Блин, я этого опасался, но… Вместе с ним сидит и Луткова. На заднем сиденье. Ещё и не выкуришь её оттуда.

— Я с вами поеду, — говорит она. — Это одно из тех желаний, которые ты мне обещал.

Этого только не хватало! Нет.

И ещё раз нет.

— Наташ, это невозможно, извини. Нам нужно будет кое-что перевезти, поэтому тебе места нет.

— Про перевезти разговора не было! — говорит дядя Олег.

— Да там лёгкое, просто объёмное. Матрасы поролоновые.

— Костров! Ну, что ты врёшь! Для того, чтобы перевезти матрасы тебе нужен именно жёлтый «Запорожец»? Ты из меня дурочку-то не делай, эстет. Или садись, или иди ищи другой транспорт.

— Нет. С тобой не поеду.

Ну, что за дичь! С этими подростками всегда так!

— Точно? — спрашивает она.

— Ну, ладно, поехали, дядя Олег.

Ага, ему четвертной нужен, никуда он не уедет. Но, твою мать! Он трогается и едет. Ну, что за хрень! Проехав метров тридцать, он останавливается. Сука. Я тоскливо смотрю на остановку такси, где нет ни одной машины и на жёлтый «запорик», где сидят два посторонних человека. И ещё смотрю на часы. Блин, надо уже ехать! Выругавшись, как сапожник и сплюнув в сердцах, я иду и сажусь на переднее сиденье, рядом с водителем.

Мы подъезжаем к СТО и останавливаемся чуть в сторонке.

Пусть машину будет видно, но если можно, чтоб никто не подходил и не рассматривал её на предмет аутентичности. Она, вообще-то в ремонте была, так что может отличаться от той, которую ожидает увидеть Сантехник.

— Так! — строго говорю я. — Сидите здесь и не вздумайте выходить из машины! Я скоро вернусь и мы поедем дальше. Понятно? Всё, я пошёл.

В фойе оказывается довольно многолюдно. А ещё здесь жарко, душно и пахнет неисправным туалетом. Я спрашиваю, кто последний и сажусь на диван для ожидающих.

Незаметно осматриваюсь, пытаясь понять, кто же здесь человек Пьянова, вчерашнего прокурора. Хрен его знает… Непонятно.

Ладно, надеюсь, долго ждать не придётся. Долго, не долго, но проходит больше десяти минут, прежде чем в зале вдруг появляется… мой знакомый. Это Аркан. Мир тесен, ёлки-палки. В груди начинает немножечко скрести. И сердце заметно убыстряется. Больше всего меня сейчас напрягает Наташка Луткова, сидящая в машине.