Чебурашка

Я даже не запариваюсь на этот счёт. Если я одержу верх над Цепом… Блин, не если, а когда! Когда я одержу верх над Цепом, она уже никуда от меня не денется. Гарантирую. Я ей и не дам уже соскочить с крючка. Так что, последние вольные денёчки догуливает. Цыпочка.

Вот только с медитациями происходит какая-то хрень. И даже не какая-то, а полная хрень. Чем меньше во мне остаётся неудачника дока, тем труднее становится будить Тёмного Доктора. Чем лучше и правильнее я становлюсь, тем реже в моей голове включается красный световой меч.

И я не знаю, что с этим делать. Не уверен, что зависимость именно такая, но факт остаётся фактом. Тёмный Доктор от меня отдаляется. Ну, не в зимнюю же спячку он впадает, честное слово…

Сейчас я снова лежу на полу и пытаюсь достучаться до спящего богатыря в кольчуге и шлеме. Настоящий Илья Муромец. Просыпайся! Просыпайся, Доктор. Я собираю всю волю, всю энергию и… всё рассыпается, потому что кто-то жмёт кнопку звонка. Видение исчезает, и я с недовольным видом поднимаюсь.

Иду в прихожую и открываю дверь. В квартиру врывается Катя. Заснеженная, румяная и взволнованная.

— Катька! — смеюсь я. — Ты похожа на снеговика!

— Ой, там такая метель, — отвечает она снимая шаку и мотая головой. Волосы рассыпаются, налезают на глаза и она привычно сдувает чёлку, выпятив нижнюю губу.

— Проходи, — отступаю я, давая ей больше места.

— Артём, — серьёзно говорит она. — Кое-что случилось.

— И что же? — удивляюсь я.

Она расстёгивает спортивную сумку и достаёт из неё бумажную папку.

— Я разбирала рукописи твоего дяди…

— Да, я знаю, но это уже сто лет длится.

— Правильно, — кивает она. — Но не в этом дело. Возьми.

Я беру папку из её руки.

— Рассказ? — поднимаю я брови. — И что, думаешь, стоит его номинировать на Ленинскую премию?

— Открой, — серьёзно говорит она.

Я задерживаю на ней взгляд и невольно улыбаюсь. Растрёпанная, румяная и взволнованная. Она стоит посреди прихожей и с её цигейковой шубки стекают капли тающего снега.

— Открой! — настойчиво повторяет она. — Там что-то очень и очень интересное.

— Ну, ты меня прямо заинтриговала.

Я открываю папку и вижу небольшую пачку из листов с отпечатанным на машинке текстом. Пожимаю плечами.

— Что? Читать что ли?

— Ну, ты раздевайся пока.

Я откашливаюсь и начинаю читать вслух:

— Боцман. Рассказ… Что?

— Да, Тёма, Боцман. Тот самый, ты слышишь? Это про того самого Боцмана! Про него и про жёлтый «запорожец»! Да читай ты уже!

26.