Чебурашка

Их местонахождение капитан Флинт указал на карте, а карту спрятал в старый убитый «запорожец» золотого цвета.

Боцман забрал тачку, но за ним по пятам шёл Парус. И тогда Боцман отыскал старого знакомого по детскому дому, от чьего имени и написан этот рассказ. Он попросил спрятать машину, а сам пошёл на битву с Парусом. В битве они оба погибли, а рассказчик сбросил машину с обрыва, навеки похоронив проклятое золото.

— Ну, что скажешь? — спрашивает Катя, когда я заканчиваю чтение.

— Дядя Гриша никогда не жил в детском доме, — качаю я головой.

— Неважно, это ведь рассказ, литературное произведение, в нём вполне может быть некоторая доля вымысла.

— Скорее, изрядная, чем некоторая, — отвечаю я, потирая висок.

— То есть, ты не думаешь, что Боцман, Парус и «запорожец» из этого рассказа — это твои Боцман, Парус и «запорожец»?

— Я думаю о том, что никакой карты с обозначением сокровищ в машине нет. Где она может быть? Я даже старый двигатель разобрал, разбортовал колёса, снял всю оббивку, оставил почти голый кузов.

Где? А может, это вообще просто дядюшкина фантазия? Мало того, что рассказ выглядит неправдоподобным, так ещё и автор её имеет репутацию человека с воспалённым воображением. Откуда он вообще мог знать этого Боцмана?

— Но почему тогда Парус охотится за Чебурашкой?

— Да вот хрен его знает. Не знаю…

Я снимаю трубку и начинаю крутить диск.

— Алло, — раздаётся на том конце провода.

— Вик, привет, — говорю я и замечаю, что Катя хмурится и поджимает губы. — Чего? Погоди это я не тебе…

— Ничего, — мотает она головой.

— Ты с кем там? — спрашивает Вика.

— С Катей. Она тебе привет передаёт. Слушай. У тебя отец во сколько с работы придёт сегодня?

— Да откуда же мне знать? Ближе к вечеру.

— Можешь мне позвонить, когда он появится?

— Ну… ладно. Ты только за этим звонил?

— В принципе да, — говорю я.

— Понятно… Ладно, бывай тогда.

— Проходи, Кать, ты чего у порога стоишь?

— Нет, я пойду, у меня дела ещё. Просто я как этот рассказ прочитала, решила сразу тебе его показать.

Вот и всё…

— Вот и всё… — задумчиво повторяю я…

Примерно через час звонит Вика, и я иду к ней домой. Ну, не к ней, а к её тяте.

— Иван Денисович, здрасьте. Есть пять минуток? Мне с вами поговорить надо.

Он долго смотрит на меня своим фирменным высокомерно-агрессивным взглядом, а потом кивает в сторону кухни:

Он великодушно наливает мне чай и садится напротив.

— Мне надо встретиться с Парусом. Помогите свидание устроить.