Если кто здесь и оказался в дураках, так это я. Много ли найдется мужчин, которые могли бы утверждать, что женились на женщине, готовой пройти пешком пол-Англии, лишь бы убраться от мужа подальше?!
Его грустный тон заставил ее покраснеть.
– Не пол-Англии, – поправила Ханна. – Всего лишь назад, в Мидлборо.
Он хлопнул ладонью по столу.
– Достаточно далеко, чтобы убедить всех и каждого, что ваш муж оказался плохим супругом.
Она совсем неделикатно фыркнула.
– Да нет, они подумают другое. Скорее решат, что я сошла с ума.
– А может быть, и то и другое, – отозвался герцог, улыбаясь. – Я плохо справлялся с ролью мужа. И вы, согласившись на все это, несколько заблуждались на мой счет.
Это было слишком мягко сказано. Ханна прикусила губу, но спрятать улыбку не сумела.
– Могу я кое о чем спросить? – поддалась она безотчетному порыву. – Почему вы хотели, чтобы я осталась? – Его взгляд тут же погас. – Я знаю, вы хотели избежать скандала, – торопливо продолжала Ханна. – Но, должно быть, тут кроется что-то еще.
И мне… Скажем так: мне просто любопытно.
Очень осторожно Маркус поставил чашку на блюдце.
– Действительно, я очень хотел избежать скандала. Это совершеннейшая правда. Основная же причина в том, что я не хотел объясняться с Розалиндой. Она так тепло вас приняла, что почувствовала бы себя оскорбленной и униженной. Кроме того, это убило бы ее любовь к Дэвиду. Дэвид – всего лишь второй сын. Отец долгие годы надеялся, что у него будут еще сыновья – третий, четвертый. Дэвид был предназначен для служения церкви – исключительно неподходящее для него занятие.
Не так ли? – добавил он, когда Ханна против воли рассмеялась. В самом деле, Дэвид и церковь… Что за дикая идея?! – Он мог бы пойти в армию, но и эта карьера его не привлекала.
– Нет, армия точно не для Дэвида, – согласилась Ханна.
– А потом отцу пришлось признать, что Дэвид – его последний сын, и тогда он попытался привить ему хотя бы зачатки чувства долга. Дэвид с радостью ухватился за те возможности, что показались ему завидными: упражнения в остроумии, определенная репутация в высшем свете, но менее интересные отмел, не раздумывая.
И начались похождения… – Маркус помолчал, качая головой. – Полагаю, мне нечего от вас скрывать. Вряд ли вы сильно удивитесь, узнав, что у Дэвида талант ко всякого рода проделкам. Когда отец призвал меня к своему смертному ложу и наказал присматривать за братом, вызволять его из бед, я и понятия не имел, насколько трудная мне предстоит задача.
