Все сочтут его скрягой. Не подарить новобрачной даже кольца!
– Какие жемчуга? – повторила Ханна. – Никто не говорил мне о них.
Маркус вздохнул. Почему Розалинда не вспомнила о фамильных драгоценностях.
– Что ж, теперь ничего не поделаешь. Забудьте. – Эксетер отдал пригласительную карточку лакею. – В следующий наш вечерний выход вы должны быть в жемчугах. Они принадлежат герцогине Эксетер.
– Но я не настоящая герцогиня, – прошептала Ханна. – Мне лучше их не надевать. Вдруг потеряю?
– Тем не менее вы должны казаться герцогиней.
– Ах, насколько все было бы проще, знай я заранее, что нитки жемчуга достаточно, чтобы одурачить ваших светских знакомых, – вполголоса сказала Ханна.
Маркус вымученно улыбнулся – вдруг кто-нибудь наблюдает за ними? – и наклонил голову к своей спутнице.
– Прекратите, – сказал он.
– Что прекратить? – Она натянуто улыбнулась.
– Насмехаться надо мной у меня за спиной.
Ханна старалась казаться невозмутимой, хотя ей ужасно хотелось повернуться и побежать к выходу.
Каким образом могла она над ним насмехаться? Чертов гордец установил свои правила, по которым она вынуждена играть.
– А вы хотите, чтобы я делала это открыто? – прошептала Ханна, мило улыбаясь.
– Не стоит. – Он ответил ей гневным взглядом. – Не забывайте, дорогая, у нас с вами «головокружительный роман».
Она не верила своим ушам. Да, от их с герцогом истории голова идет кругом, но разве это роман? Он может сколько угодно бросать на нее пламенные взгляды – этого мало, чтобы обмануть людей.
Тут настал их черед поздороваться с четой Трокмортонов, поэтому Ханна просто улыбнулась.
– Добрый вечер, Эксетер! – громовым голосом воскликнул хозяин дома. – Рад, что вы почтили нас своим присутствием.
Герцог ответил простым кивком, принимая эти слова как должное.
– Сэр, позвольте представить вам мою герцогиню, – сказал он, накрыв рукой руку Ханны, лежащую на его локте, и слегка пожав. – Дорогая, это лорд и леди Трокмортон.
– Огромное удовольствие видеть вас, – лорд Трокмортон склонился к руке Ханны.
– Божественное удовольствие, – подхватила леди Трокмортон, жадно осматривая гостью с головы до пят. – Мы так польщены, герцогиня, что вы выбрали наш бал, чтобы дебютировать в лондонском свете.
– Моя мачеха хотела приехать с нами, – сказал герцог, прежде чем Ханна успела ответить. – Она передает вам искренние сожаления и умоляет ее не забывать.
– Как будто я могу забыть дорогую Розалинду! – Леди Трокмортон тихо рассмеялась.
