Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Однако она все же покинула нас довольно давно. Слегла от легочной болезни. Лекари не смогли вовремя заметить недуг.

Сергей провел меня на кухню, указал на покрытый лаком деревянный стул:

— Прошу, присаживайтесь. Сейчас я налью вам чай.

— Расскажите про сложившуюся ситуацию, — попросил я и сел на предложенное место.

Сергей направился к плите, попутно рассказывая про свою семью. И услышанная версия почти полностью повторяла ту, которую поведала мне в дама с собакой. Только подробностей было чуть больше.

Из рассказа я понял, что Николай и Федор не очень-то жаловали отчий дом.

Отец воспитывал их сурово, в строгости, хотя и устроил детей на работу на своих предприятиях. Едва подошел срок совершеннолетия, братья один за другим покинули дом. И больше сюда не возвращались. Сергей тоже хотел съехать, но отец заболел и слег. И парень остался дома, чтобы присматривать за Василием.

— Мне повезло с женой. Она поддержала меня и смогла найти к батюшке подход. Несмотря на тяжелый характер, Василий умел ценить хороших людей.

В комнате повеяло холодом, и я резко обернулся. Из стены выглядывал призрак, который с интересом слушал историю Сергея. И я с удивлением отметил, что дух был силен. Настолько, что, наверное, мог бы даже двигать предметы.

— В строгости, — проскрипел он, комментируя слова парня, который поставил на стол заварочный чайник и чашки. — Заставлял примерно учиться, не хулиганить и посещать всей семьей храм Искупителя по воскресеньям, как завещали предки. Вот уж впрямь — домашний тиран. Эх, вот в мое время все было иначе.

Сергей замолчал, заметив, что я отвлекся. Я же с интересом смотрел на Василия, ожидая продолжения.

Он замолчал, глядя на меня. Дед казался ухоженным. На нем были приличного вида брюки, белоснежная рубашка и стеганный бордовый халат. Обут Василий был закрытые кожаные тапочки. Седые волосы старика казались чистыми и были разделены на ровный пробор. Очевидно, что за ним ухаживали и вдосталь кормили.

— А вот детишки хороши, — продолжил он, заметив мое внимание. — Все хотели меня со свету поскорее сжить, чтобы имущество поделить.

От старшего со средним весточки приходили, когда им деньги были нужны. Едва я слег, начали за предприятия грызться только шерсть да перья летели. Да и этот наверняка остался только потому, что жить негде…

В голосе призрака мне послышалась едва различимая обида.

— Почему же вы тогда так распорядились своим имуществом? — уточнил я у собеседника.

Тот поджал губы, но все же ответил:

— Не империи же отдавать.