Чехов. Книга 2

Они там добывают вишнево золотистый тип авантюрина. Довольно редкий и куда лучше зеленого…

— Какой у него был цвет глаз? — как можно мягче спросил я.

Призрак обошел Веленцева и встал у него за спиной. Он не сводил с меня проницательного взгляда.

— Самое удивительное, что этот человек спрятал такие красивые радужки за цветными стекляшками, — продолжил Константин беспечно. — Я бы этого не заметил, но когда случайно уколол его иглой, то посмотрел на него и увидел, что глаза у клиента особенного интригующего вишнево- карего оттенка.

Он в это время кажется снял с себя новомодные стекляшки, которые вставляют прямо на зрачок.

— Линзы? — уточнил я.

— Вроде так они называются, — кивнул модист. — И мне показалось, что у того мужчины был парик. Он съехал набок, открыв его собственные волосы. Очень светлые, почти белые. Но с серым оттенком, словно седые.

— Или впрямь седые?

— Он был молод для такого цвета. Поверьте, я понимаю, о чем говорю. Тому мужчине было лет двадцать пять, не больше.

— С чего вы взяли?

— Кожа рук, шея, — принялся перечислять Константин.

 — К тому же он ни разу не присел и не сменил позу, пока я снимал мерки.

— Может, просто тренированный или военный? — усомнился я.

— Он не терпел. Именно не устал, — настаивал собеседник. — Я такие вещи вижу. У военных выправка иная, будто они палку проглотили.

— Хорошо, — не стал я спорить.

— Но самое удивительное, когда я закончил примерку, то не смог заметить парика, поверх его волос. А глаз у меня наметан, — модист почесал затылок.

 — И линз тоже. Я даже постеснялся настаивать на камне для пуговиц в цвет радужки.

Я подумал, что Константин этим спас себе жизнь. Наверняка, он успел заметить настоящую внешность мимика, когда с него на мгновение слетела иллюзия. И если бы тот понял, что его увидели настоящим, Веленцеву не поздоровилось.

— Кроме волос и оттенка глаз он изменился? — рискнул спросить я.

— Нет, — чуть помедлив ответил мужчина. — Я еще тогда думал, что он на редкость обычный и неприметный.

Мимо такого на улице пройдешь и не обратишь внимания. А вот с теми волосами и глазами даже его прямой нос кажется выдающимся.

— А вы не могли бы его узнать, если увидели? Например на фотокарточке?

— Зачем мне фото, раз я способен нарисовать этого человека, — удивился модист, перегнулся через подлокотник кресла, чтобы поднять сброшенные ранее блокнот и карандаш.

Живое и мертвое

Константин обладал отличной памятью, и на листе быстро появились контуры лица.