Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

Ягиня потеряла ногу, но хозяин другой стороны, который правит перекрестками миров, подарил ей костяную. Она ничем не отличается от настоящей, если не приглядываться. Но кто додумается приглядываться к ноге самой Ягини?

Я любовался лицом помощницы, которое в лучах солнца казалось светящимся. Девушка сложила руки на столе и продолжила рассказывать.

— Яга живет в чаще и порой встречает путников, которых к ней приводит судьба. Она любит гостей и если те достойны, то могут попроситься в гости. В доме их встретит кот.

Настоящий, ведовской. Он кажется маленьким, если пожелает. Но стоит кому-то взглянуть недобро на его хозяйку, как кот становится огромным и негодяю несдобровать.

— Схарчит? — уточнил Фома.

— А может и того хуже, — усмехнулась Нечаева.

— Что ж может быть хуже? — с детским любопытством спросил Стас.

— Может, несчастный сумеет вырваться и убежать. Только вот уйти от дома Яги той же дорогой он не сможет. Потому как ее дом стоит не просто на лесной поляне. За ней течет река Смородина.

И пройти через нее можно, да только на другой стороне живых нет. Там и находится Та сторона, куда уходят все, кто в этом мире уже не может держаться.

— Она некромантка? — спросил я, отчего-то почти шепотом.

— Она хранит границу между мирами живых и мертвых. Много ведает и владеет дарами, которые смертным и не снились. Вечно юная и не способная умереть. Она видит, как меняются времена, как мелькают эпохи, как умирают и рождаются цари. Всегда одна и никогда не пребывающая в одиночестве.

Завороженные историей, мы сидели за столом и не решались пошевелиться. Арина Родионовна говорила негромко, и голос ее журчал ручьем. Словно воочию я видел дикий лес, тропу, что выводила меня на лесную поляну. Там меня ждал бревенчатый дом, с небольшими окошками и порогом, на котором сидела девушка. На ее коленях примостился черный кот, который при виде меня выгнулся и спрыгнул в траву.

— Здравствуй, добрый молодец… — ласково протянула незнакомка. — Устал с дороги? Проходи…

— Злые языки разносят нелепые слухи, — прорвался голос Арины, покачивая марево возникшей передо мной картинки.

— Говорят, что она губит героев. Что поедает детей. Да только Ягине не нужно никого убивать. Ей достаточно дать человеку время. И он сам умрет. Судьба придумает недостойному нужную кару. Или благословит на жизнь.

— Какая чудесная сказка, — произнесла Любовь Федоровна, присевшая на подлокотник моего кресла. — Давненько я не слышала подобных историй.