Чехов 7. Императорская охота

Зимин рухнул на траву и сдавленно засмеялся.

— Уделали, Александр Васильевич.

— Я же любя, — мужчина подал названному сыну руку. — Однажды и ты тоже станешь взрослым. И сам будешь пугать молодых и красивых.

Бабушка фыркнула, оценив шутку. А я подумал, что никогда до того не видел битву двух легенд.

— Так и правда куда проще, — заметил мой напарник. — Давайте еще поработаем для закрепления результата.

Мы провели еще несколько боев, отработав разные стратегии. Пока Софья Яковлевна, которая следила за боями, не произнесла:

— Наверное, на сегодня достаточно.

Спорить с этим никто не стал. И мы утомленные, но довольные, покинули берег озера.

По дороге, Зимин и Морозов с нами попрощались. Они выглядели куда свежее нас, словно не работали на полную силу. Все же ранг легенда давал преимущества перед мастерами уровня ниже. Новые родичи направились в сторону резиденции, где, скорее всего, и были дома кустодиев. Мы же прошли к себе.

— Неплохой бой, — с уважением произнес отец, когда мы вошли в ворота.

— Спасибо, — сухо ответил я. — Сила некроманта как метка. Заставляет часто отстаивать свои интересы.

— Тебе приходилось нелегко, — отозвался князь.

Отец хотел было что-то добавить, но в этот момент в разговор вклинилась бабушка:

— Давайте прибережем злобу для завтрашнего боя, — попросила она и открыла дверь, проходя в гостиную.

После тренировок моих сил хватило только на то, чтобы добраться до комнаты, наскоро умыться и завалиться в кровать.

Проснулся я, когда за окном было еще темно. Зевая я встал с кровати, добрался до ванной, быстро привел себя в порядок. Холодная вода прогнала сон, и из комнаты я вышел бодрым и готовым к предстоящему бою. О том, что этот бой будет насмерть, и что кого-то из нас через час вынесут с поляны накрытого простыней или вообще будет собирать по кускам, я старался не думать.

Быстро оделся, накинул куртку с гербом семьи и вышел в гостиную.

В комнате царил полумрак, но за столом угадывался одинокий человеческий силуэт. И едва я переступил через порог, в комнате послышался знакомый голос:

— Да какое оно доброе? — пробормотал я, прошел в комнату и сел в кресло.

— Переживаешь? — уточнил отец, и я кивнул:

— Убивать до сегодняшнего дня мне не приходилось.

— Может быть, тебе и не придется, — ответил Чехов.