Чехов. Книга 10. Грехи отцов

Девушка прильнула ко мне, всем видом демонстрируя взаимную симпатию, а потом слегка отодвинулась, чтобы эффектно запрокинуть голову и взглянуть на меня с пронзительным прищуром.

Мне очень хотелось ее оттолкнуть, но я понимал, что тем самым привлеку к нам еще больше внимания. Потому попытался убрать ладонь девушки со своей руки. Но не тут-то было — Свиридова вцепилась в меня мертвой хваткой, и в ее глазах мелькнул вызов.

— Что за цирк вы тут устроили? — едва слышно процедил я сквозь зубы.

— Павел Филиппович, я так рада быть здесь с вами! — произнесла девушка достаточно громко, чтобы ее услышали окружающие.

Я повел плечами и все же смог сдернуть с себя ее ладонь.

Но Елена тотчас сплела наши пальцы и прошептала:

— Умейте держать лицо! Не стоит давать повод для сплетен…

— Ах, вот вы где, Павел Филиппович! — послышался позади ласковый голос. — Вас нельзя оставить ни на минуту…

Между мной и Свиридовой кошкой протиснулась Нечаева и довольно грубо освободила мою руку.

— Добрый вечер, Елена Анатольевна, — с улыбкой сказала она. — Я вижу, вы решили развлечь моего спутника? Я так рада, что вы составили ему компанию, пока я отлучалась!

Свиридова слегка покраснела, но тут же многозначительно осмотрела наряд моей спутницы.

— Вы в синем. Но разве это цвет вашей семьи? — уточнила она с издевкой. — Насколько мне известно, Нечаевы носят другие цвета…

— Мне лестно, что вы так много обо мне знаете, Елена Анатольевна. А я вот не настолько внимательна к таким мелочам.

Девушка едва коснулась пальцами кулона на своей груди.

— А вы, я вижу, вы решили выказать уважение вашему спасителю? — уточнила она. — Это делает вам честь! Полагаю, ваш жених вами гордится. Или это цвета его семьи? Простите, но я правда не слежу за такими вещами. Мне сложно все упомнить…

Мне с трудом удалось сохранить на лице маску невозмутимости. Потому что я был уверен: Арина Родионовна знает о фамильных цветах родовитых семей Петрограда все.

Свиридова покраснела настолько, что это уже невозможно было принять за легкий румянец. И Арина Родионовна заботливо осведомилась:

— Вам плохо? Быть может, вам стоит намочить лоб? Попросите кого-нибудь проводить вас в уборную…

Последние слова девушка произнесла едва слышно, давая понять, что она оценила придуманный повод развести нас с ней в разные стороны.