Чехов. книга 9. Старое зеркало

— А почему нельзя завербовать кого-то через жандармов? — поинтересовалась Нечаева.

— Ну, во-первых, такая крупная рыба обычно ускользает от жандармерии, — ответил Зимин. — Откупаясь или идя на сделку и уговаривая рыбу помельче взять все на себя. Иначе организация не смогла бы просуществовать так долго. А во-вторых, договариваясь с жандармерией, ты встаешь в положение просителя. И по кодексу высокорожденных останешься должен за оказанную услугу.

— А если он вернет долг? — поинтересовался я, принимая деньги.

Такой расклад меня вполне устраивал. Хоть как-то эти преступные элементы поработают на благо Империи и подданных.

— Это вряд ли, мастер Чехов. Потому, что кроме основного долга, есть еще и проценты. Так что переплачивать придется очень много.

Я нахмурился, а затем с неохотой признал:

— Об этом я не подумал.

— С вами приятно иметь дело, Павел Филиппович, — заявил Зимин, а потом добавил, — у вас наверняка найдется, куда пожертвовать эту сумму.

Я улыбнулся и убрал деньги в бумажник.

— Что ж, тут вы правы.

— Вас подвезти? — осведомился кустодий, и я кивнул:

— Тогда идемте. Прокачу вас с ветерком, — произнёс криомастер и направился к выходу. Мы последовали за ним.

Глава 22 Нехороший дом

Я сообщил Зимину адрес, и он уточнил:

— Вы уверены? Я слышал про это местечко. О нем ходят не самые хорошие слухи.

— Что там живут призраки? — хитро усмехнулся я.

— Ну да, вам-то как раз это не страшно, — проворчал Стас, а потом с интересом добавил, — Что вы там собираетесь делать? Воровать духов, чтобы пополнить свой запас?

— Это немного не так работает, — отмахнулся я.

— Миньонов нельзя вынудить служить. Даже приказывать призракам очень сложно и ресурсозатратно. С ним выгоднее договариваться.

Кустодий усмехнулся:

— То есть, все как у нас? Сначала призвать силу, создать миньона, а потом приручать и дрессировать?

— Ну, не совсем, — вынужден был возразить я. — Все же слово «дрессировка» не подходит призракам. Когда-то они были людьми, а значит, обладают разумом.

Хотя и не все. Есть духи, которые одичали. Потеряли человеческий образ и почти забыли о том, кем когда-то были. Их приходится приручать.

— Мне всегда было интересно, как вы с ними договариваетесь.

— Некоторые призраки слишком боятся уходить в иной мир. Одни опасаются кары за свои грехи, другие хотят остаться в привычном мире, и не решаются на переход, боясь изменений и неопределенности.

— А если они пожелают вас покинуть? — внезапно заинтересовался Стас.