Чехов. книга 9. Старое зеркало

Вы вполне сможете справиться с ее весом.

Мне показалось, что он просто хочет занять работой моего отца и слугу.

— А вас, Павел Филиппович, я попрошу остаться, — мягко произнес он, когда я решил придержать дверь.

Питерский и старший Чехов взяли ящик с двух сторон и приподняли его с небольшого пьедестала. Я заметил, как они нарушили рисунок, нанесенный на бетон мелом.

Спустя минуту мы остались с Морозовым в комнате, полной тел.

Александр Васильевич тяжело вздохнул и захрустел костяшками пальцев. А затем обернулся ко мне:

— Вам удалось узнать что-нибудь про таинственного некроманта, который орудует в городе?

Я не был удивлен в осведомленности кустодия в происходящем.

— Вряд ли это некромант, — буднично ответил я. — Скорее, проклятый предмет, который подчинил волю держателя, и пользуется им для пожирания городских призраков. Думаю, одержимый делает это для того, чтобы поддерживать некое подобие жизни. Как Любовь Фёдоровна, которая сохранила нетленность, лежа в этом ящике.

— Опасная вещь, — произнёс он и повел ладонями. И застывшие в нишах тела окутали темные вихри. В комнате внезапно стало очень холодно. И я зябко поежился. Вихри ускорялись, окутывая тела. Сквозь темные всполохи мелькали желтоватые кости, которые словно истончались с каждым мгновением.

— Хороший материал, — довольно отметил Морозов. — С таким не придется долго работать.

Я не понимал, что имеет в виду глава кустодиев. Просто наблюдал, как бушуют в нишах вихри.

— Выходит, носитель проклятого предмета не из нашего мира? — совершенно спокойно уточнил Морозов, но я только покачал головой:

— Предмет, или тот, кто его создал, наверняка откуда-то прибыли в наш мир.

— Но мне нужно знать, как работают такие предметы, — прямо сказал я.

Глава кустодиев несколько мгновений помедлил с ответом. Но по его виду я понимал, что он знал правду. Просто решал, что можно мне сказать, а что стоит скрыть.

— Недавно я услышал историю одного кукольника, — продолжил я. — Карло, который мог при помощи какого-то темного ритуала перемещать душу человека в куклу.

Морозов покачал головой и бросил на меня проницательный взгляд:

— Это немного не то. Куклам Карло не нужно питание. Они сами по себе уже полноценные. Хотя и не прочь отведать человеческих страстей. Но они для одушевленных скорее как деликатес. А вот когда ты балансируешь на грани…

— Это как? — не понял я.