Человек из Пекла. Книга 3

Почему, он не знал и разбираться с этим не хотел, главное, не мешает.

Ещё, в течение всего этого месяца, Дима упражнялся и со своими новыми возможностями, до этого толком потренироваться и не выходило. Свои "дополнительные" руки он теперь ощущал почти "как родные" и часто ими "пользовался". Со стороны это выглядело использованием в разных мелочах Кинетики, что вполне устраивало парня и вопросов не вызывало. Очень удобно стало вести стрельбу, отвлекаться от цели на смену магазина теперь не надо, смена проходила "на ходу".

Возросло понимание Дара, уменьшающего вес предметов. Птаха однажды очень удивилась, когда Дима походя, ногой отпихнул в сторону с пути обломок бетонной ограды, который весить должен не менее пары десятков килограмм. Заметили это и другие бойцы, но такого внимания не обратили и момент этот из их головы вылетел быстро. Так же Дима ощущал, что этот Дар вполне возможно "сцепить" и с другими, с той же Кинетикой или "руками", но чётко пока выходило редко.

К радости Птахи, ей, наконец, удалось посмотреть на мечи Медоеда.

Не в бою, к сожалению, но и так хватило. В рукопашную с тварями сходиться ещё не приходилось, а "кормить" клинки было необходимо. Мечами же Дима срезал бронепластины с затылков тех самых убитых Элитников, погружая клинки в туши чуть не по самую рукоять. Охотница тогда вилась рядом с Медоедом чуть ли не до конца дня, что изрядно бесило Анжелику. К слову, Сойка нашла подход к Энжи и втолковала-таки ей, что ревновать Диму глупо и не стоит. И о чудо! Анжелика потом и самому Медоеду призналась, что "жить" стало попроще, чему он несказанно обрадовался. Бесить, однако, Птаха своими выходками не перестала, но с этим она справлялась уже проще.

А ещё Медоед понимал, что всё это, в смысле, весь последний месяц, их совместные тренировки и рейды, это "копание в песочнице". То, что им совсем скоро предстоит, гораздо и гораздо опаснее. Так же он ощущал, что спокойного времени всё меньше и вскоре от него и остальных потребуются абсолютно все силы, до донышка, как физические, так и моральные.

И даже этого может оказаться мало. Но удручало больше всего понимание, что вернутся не все… это при условии, что вообще удастся провернуть задуманное.

Остальные тоже ощущали нечто подобное, об этом говорила возрастающая с каждым днём нервозность, словно вот-вот произойдёт то, чего давно ожидаешь и это самое ожидание уже начинает приносить дискомфорт.

Деревья, наконец, расступились и три машины выехали на обширное поле.