Человек из Пекла. Книга 3

Вот мой разум каким-то образом сам и "перешифровывает" в слова то, о чём показывает собеседник…

Молчали рейдеры долго, пытаясь осознать сказанное Горцем, представить это.

— То есть… то есть если я что-то… да то же яблоко представлю, ты поймёшь это? — спросил Шип.

— Нет, мысли я не читаю, повторяю. Тут всё на иных принципах и я не знаю точно, как это работает.

— И как же ты понял эту… этого..? — Бесогон.

— Он первый ко мне обратился. Так-то я его убивать уже собирался или сам умереть. А он "сказал", что пришёл не драться.

— Постой… — снова Бесогон. — С яблоком понятно относительно… а другое, как ты понимаешь сложные фразы?

Горец пожал плечами.

— Не знаю. Говорю же, здесь на ощущениях всё. Я ощущаю что-то от собеседника, и разум перестраивает это в понятные мне слова. Опять же, я упрощаю сильно, но точнее не могу объяснить.

— То есть если я тебе что-то буду усиленно думать… — Столяр.

Горец усмехнулся уже:

— Да не читаю я мысли, успокойтесь. И в обратную сторону это тоже не работает, вы меня не "услышите".

Пробовал уже, — рейдеры переглянулись. — Это с сенсингом моим как-то связано, иного объяснения этой способности я не могу найти, скорее всего, одна из Граней. Нет больше у меня Даров, которые бы что-то воспринимали, а не убивали.

Столяр только хмыкнул, ответ его, да и остальных, в принципе, удовлетворил. Лис, а все уже знали, что он ментат, кивнул, не врёт, мол. Встряла Птаха:

— А может Медоед или Энжи смогут объяснить? Они ведь тоже умеют так.

Как Горец не пытался отвести внимание от сына, говоря исключительно о себе, не вышло.

Охотница, чтоб её… "умница" хренова, всё испортила. И что интересно, сейчас она была довольна, словно подловила их на чём-то.

Взгляды рейдеров переместились на Диму с Анжеликой, стоявшие рядом с ними даже чуть отошли, окружив их.

Анжелика смотрела Птахе в глаза и раз разом посылала ей мысле-образ, как она с оттягом пинает её труп. Дима этот ход Охотницы воспринял абсолютно спокойно. Не сейчас, так потом это всё равно случилось бы, тем более, в "переговорах" участвовали они двое.

— Не смотрите так, я ничего нового не добавлю. У меня это с рождения. Вообще, мне много от отца, — он бросил взгляд на катающего желваки Горца. — Досталось. И я тоже не читаю мысли. Никто из нас не читает, так что ваше сокровенное при вас и останется. А наше, пусть останется при нас, — он глянул на Птаху, но та лишь невинно улыбнулась, мол, "а что такого".

— А ты, подруга? — спросила Лекса.