Человек из Пекла. Книга 3

Настолько близко он его ещё не видел. Сопровождать приходилось не раз, но не более. Охотники Белые видят часто, так что удивились больше, что у Медоеда она есть с собой и он настолько легко её показал. Соблазн ведь тот ещё. Бесогон со своими тоже особенного пиетета к Белому жемчугу не питали, но удивились, вот чего-чего, а этого не ожидали от Медоеда.

— Я таких за всю жизнь четыре штуки съела. И что-то не раскрылось у моего Сенса такой Грани.

Дима убрал жемчужину и снова пожал плечами:

— Я не знаю, я не знахарь. Но знаю, от того же Стопаря, что у Анжелики Белая не только на новый Дар ушла.

Гладко стелите, хотела уже сказать Охотница, но прикусила язык. В целом, к словам Горца и Медоеда не прикопаешься, всё логично. Да и на самом деле, они говорят правду. Но не всю. А вот как из них вытянуть остальное, без негатива с их стороны, чтобы сами рассказали… надо думать. Но, это уже вопрос второго плана, сейчас им важнее не перессориться всем перед, самым наверное, важным испытанием в их жизни. А Птаха это всё именно так и воспринимала.

Как и её бойцы, впрочем. Вся жизнь в Стиксе до Ухода, это своего рода испытание, достоин ли ты лучшего. И пусть никто не знает, что случается с теми, кто Ушёл, но Охотница верила в лучшее, иначе к чему все эти "барахтания" здесь.

— Мы вас услышали, Медоед, — Птаха глянула на своих, а Медоед снова ощутил, как эмоции остальных Охотников мягко "подстроились" под её. А ещё нам говорит, темните, мол, усмехнулся про себя Дима.

— Жаль, конечно, шо такую "рацию" не заиметь… это же как удобно было бы… но да и хрен с ним, — согласился тоже Бесогон, закрыв для себя на время этот вопрос.

Если этому можно научиться, значит он найдёт способ рано или поздно. Сейчас важнее другое, остаться в грядущей заварушке живым и сберечь своих друзей.

На этом тему закрыли. Ещё какое-то время обсуждали более мелкие детали предстоящего "безумия". Впереди было ещё целых два дня.

Медоед, после этого разговора, одновременно с другими делами, на протяжении последующих двух суток размышлял, а что если и правда, этому виду речи или связи, можно научить любого иммунного? Чужаки же вряд ли все поголовно обладают такой же эмпатией.

Во всяком случае, так думал Дима. Что если на самом деле, это работает по другим принципам? Может, если разобраться, откроются ещё большие возможности? Снова вспомнились слова Нестора о пресловутых путях развития. Вот оно, ещё одно подтверждение. Да и сам старик, яркий пример. Он же как-то дошёл до такой степени своего бытия.