Вторая пуля ударила в дерево, и во все стороны брызнула кора, третья глухо чавкнула в грязи под ногами у коня.
— Вперед! — заорал Парли. Это слово первым пришло ему на ум: не совсем то; что хотелось бы!
Шеренга всадников рванулась вперед, вверх по склону оврага, а затем дальше в степь, топча полынь и можжевельник.
Мэйо услышал истошный крик главаря. В следующее же мгновение всадники хлынули из оврага в противоположном направлении. Всего ирландец насчитал около двадцати пяти. Резко развернувшись, Мэйо выпалил наугад, один из всадников свалился с седла, и раздался сухой щелчок.
Патронник опустел.
В отчаянии Крис принялся перезаряжать винтовку. Враги удирают! Он резко поднял ствол и послал вдогонку отряду пять пуль. Ни одна из них не попала в цель, а заряды снова иссякли. Опустившись на колени, Крис проворно загонял на место патрон за патроном, вознамерившись на этот раз зарядить винтовку под завязку.
Покончив с этим делом, Крис поднялся было на ноги, как вдруг услышал шаги. Юноша вскочил, повернулся, услышал грохот выстрела, а вслед за тем — торжествующий, злобный, исступленный вопль: «Попал!» Винтовка громыхнула снова.
Юноша почувствовал, что падает, протянул руку, чтобы ухватиться за что-нибудь, но ничего не подвернулось. Он споткнулся о бревно, перелетел через него и, приземлившись по другую сторону, пребольно ударился головой о землю. Он услышал топот бегущих ног, истошные крики и, собрав последние силы, спрыгнул в овраг.
Итак, он ранен. Насколько серьезно — неизвестно, но в мыслях царят полное смятение и паника.
Надо убираться отсюда… и поживее!
Крис напоролся на куст, продрался сквозь ветви, ударился обо что-то твердое и снова упал. Резко дернувшись, забарахтался в липкой грязи у ручья. Попытался подняться на ноги, снова упал, пополз. Кое-как стерев с лица ил и грязь, он увидел прямо перед собою черное отверстие и заковылял туда.
Не яма, нет, не безопасное прибежище — всего лишь темная брешь в кустарнике, где продиралось какое-то животное. Ирландец пополз по этому подобию туннеля.
Дыхание вырывалось с хрипом. Выше, на самом краю оврага, с которого он скатился, звучали выстрелы и ругательства.
— За ним, черт побери! Убейте его!
Ирландец услышал топот бегущих ног. Но тут туннель кончился, юноша, шатаясь, поднялся на ноги и бросился напролом сквозь деревья, не разбирая дороги, налетая на — стволы. В боку пульсировала тупая боль, но что тому причиной — пуля или усталость, — он не знал. Мучительные спазмы то сжимали голову, то отпускали.
