— Ты… и еще Мюррей, ежели вернется. Не вернется — пошлю кого-нибудь другого. Тиллотсона, например.
— Тиллотсон подойдет, — согласился Дик.
«Куда лучше, чем Мюррей, — подумал он про себя. -Мюррей — человек мрачный и неуживчивый и подозрителен вдобавок; палец всегда на спусковом крючке, и палит, не разбирая в кого, вроде этого Дела Робба». У Контего были свои планы, в которые Тиллотсон вмешиваться не станет; а вот Мюррей бы непременно вмешался.
Серебряный Дик Контего смотрел на жизнь реалистически.
План захвата Гранта, Шермана и прочих отнюдь не противоречил здравому смыслу и непременно должен был увенчаться успехом в силу полной его неожиданности. Можно, конечно, ожидать и подвоха, но Дику казалось, что он в состоянии все предусмотреть.
— Надо бы снова отловить Маклина, — заметил он. — Или, по крайней мере, помешать ему добраться до форта Сандерс: чего доброго, он нас узнает. Девчонка никого из нас не видела, сдается мне.
— Меня видела, — вмешался Робб, — в поезде.
— Не повезло, значит. Не думаю, впрочем, что она тебя вспомнит, — отозвался Контего. — Ты в вагоне и полминуты не пробыл, а суматоха там началась — дай Боже.
И бандиты поскакали на север к одинокой станции, чтобы перехватить Маклина и убить Реппато Пратта: кто-то узнал траппера, когда тот помогал полковнику бежать.
— Не забудьте еще об одном, — заметил Робб, подумав, — о том, который стрелял с холма. Кто бы он ни был, мне нужна его жизнь.
Одинокие белые облака скользили по бескрайнему синему небу.
Ветер шелестел в травах, тут и там на зеленом фоне выделялись черные пятна бизонов и серые или янтарные — антилоп. Равнина расстилалась до самого горизонта, на много миль во все стороны. По прерии несколькими группами ехали всадники.
Одинокая девушка верхом на кобылке; в миле от нее — Мюррей. Еще дальше к востоку — десяток южан-ренегатов во главе с Парли. А по следу девушки ехал Крис Мэйо из графства Корк. Затерянный в степи ирландец на великолепном скакуне, ирландец в квадратном котелке, с винтовкой, которую только начал осваивать, с револьвером, из которого стрелял не больше шести раз; ирландец, одержимый тревогой за девушку, которую пытался отыскать.
Реппато Пратт и полковник Маклин уже добрались до крохотной красной станции, на которой заблаговременно подан был сигнал остановки — чтобы следующий поезд не проехал мимо. Полковник с ума сходил, беспокоясь за дочь.
