Когда ирландец проснулся, мрак царил непроглядный, Пратта в комнате не было. Но саквояж стоял тут, в дверях. Должно быть, Пратт принес вещи, застал приятеля спящим и снова ушел.
Ирландец поднялся и подошел к саквояжу. Насколько можно судить на первый взгляд, ничего не пропало. Юноша натянул чистую рубашку, свернул высохшую и убрал ее с глаз долой. Мизинец по-прежнему ныл. Мэйо постоянно задевал обо что-нибудь искалеченным пальцем: что за помеха, право!
Крис достал револьвер, разрядил его, затем застегнул на себе пояс и принялся упражняться.
Он слышал о том, что револьвер якобы следует выхватывать из-за пояса мгновенно, но сам никогда не пробовал. Сперва получалось неважно, но ирландец настойчиво отрабатывал последовательность движений: вот он хватается за ручку, вот приводит револьвер в боевую готовность. Ловкий и проворный от природы, Мэйо всю жизнь проработал руками, так что овладеть необходимым навыком труда для него не составило.
Крис упражнялся с револьвером около часа; дело ему нравилось. Ирландец никуда не торопился, не убыстрял движений; ему казалось, что он уже понял технологию.
По крайней мере, теперь он знал, как этот прием работает.
На улицу его не особо тянуло, так что Крис уселся на кровать, развернул газету Сент-Луиса, забытую кем-то в номере, и прочел ее от корки до корки. О железной дороге говорилось мало; газета пестрела ссылками на торговлю мехами да новостями о людях, о которых Крис в жизни своей не слышал.
В форте Сандерс полковник Маклин восседал за столом рядом с генералом Хейни, железнодорожным инженером Доджем и еще несколькими офицерами.
— Кстати, Маклин, этот молодой человек, что оказал вам услугу, на самом деле — боксер-профессионал.
— Мэйо? — удивился Маклин. — Я понятия об этом не имел.
— Он будет драться с Сэмом Кокинсом. Послезавтра, до победного конца, по правилам Лондонского Призового Ринга.
— Я удивлен, — признался Маклин. — За те несколько минут, что мы с ним поговорили, оказавшись в безопасности, у меня создалось впечатление, что Мэйо — очень приличный юноша.
— Может, так оно и есть. Я знавал немало боксеров, что совсем не походили на головорезов-убийц, какими их принято изображать, даже если круг их знакомств несколько иной, нежели пристал джентльмену. Как бы то ни было, насколько мне известно, вся эта история началась примерно в то время, когда вас похитили. Кокинс, похоже, нелестно отозвался об ирландцах, а этот паренек родом из графства Корк.
— Хотел бы я поглядеть на поединок, — заметил Додж.
