Прошлое его, вплоть до того самого момента, когда Крис эмигрировал в Штаты и нанялся прокладывать рельсы на магистрали «Юнион Пасифик», оставалось загадкой. Что заставило юношу изменить свои планы?
В ту ночь девушка необычайно долго расчесывала волосы, думая о Крисе. Едва вернулся отец, Барда бросилась к нему.
— Папа, нам следует сделать что-нибудь для Криспина Мэйо! Он показал себя таким храбрецом, он пришел нам на помощь, он спас мне жизнь и помог спасти тебя. А мы его даже не поблагодарили толком!
— Что ты предлагаешь?
— Почему бы нам на первый случай не пригласить его на обед? А там и выясним, что он намерен делать.
Может быть, мы сможем ему помочь.
— Может быть, — протянул Маклин. — Но этот человек — профессиональный боксер, Барда. Может, еще настанут времена, когда подобный род занятий человеку перестанут вменять в вину, но сейчас эти люди по большей части — неотесанные дикари, якшаются с картежниками и всяким сбродом.
— Но он показался мне истинным джентльменом!
— Очень многие мужчины кажутся таковыми на первый взгляд. Я не хочу быть несправедливым, но мы его совсем не знаем. Если бы речь шла только обо мне, дело обстояло бы иначе, но у меня юная и очень впечатлительная дочь!
Барда рассмеялась.
— Не такая уж и впечатлительная, папа! Вспомни-ка: я оставалась с ним наедине и днем, и ночью, пока мы разъезжали по прерии, разыскивая тебя. Он для меня не чужой. Он всегда вел себя как джентльмен: он такой заботливый, такой великодушный, такой отважный!
— Кстати, — спросил полковник неожиданно, — нас пригласили на охоту за бизонами.
Генерал Грант наказал мне взять тебя с собой, если, конечно, ты захочешь поехать.
— Еще бы! С удовольствием! Никогда не видела бизонов вблизи!
Глава 12
Погода в день поединка выдалась безоблачная. Крис выкатился из постели, в которой провел две долгих ночи, восстанавливая силы. Юноша потянулся, оделся и вышел за дверь, в утреннюю прохладу.
Было еще совсем рано, город словно вымер.
Ирландец прошелся по улице; шаги его гулко отдавались эхом. Недавно прошедший дождь развел изрядную слякоть, в рытвинах все еще стояла вода, но грязь уже затвердевала.
Салун Бреннана еще не открылся, впрочем, равно как и прочие заведения. Крис чувствовал себя превосходно. «И отлично!» — сказал себе юноша. Он нимало не заблуждался на свой счет.
