Человек хотел добра

Но как только раскрывал рот, Пашка проводил ладонью по моему лицу сверху вниз и говорил:

— Не рыпайся, салажонок!

Такое самоуправство меня обижало, а от Пашкиной ладони пахло чем-то кислым.

Разозлившись, я собрался уйти, но меня не пустили. Корешок хлопал меня по плечу и перемигивался с Пашкой.

…Проснулся я на кровати и не сразу сообразил, почему около меня Вера и бабушка Анна. На лбу лежало холодное полотенце.

— Рано начал, — обидчиво поджав губы, сказала бабушка Анна.

И тут только со всей ясностью всплыло: пивная, прокуренный воздух и мои новые знакомые.

Вера отчужденно смотрела в сторону, на лбу у нее собралась горькая складка — точь-в-точь мама, когда сердилась.

— Каким же ты вырастешь, начав с таких-то пор пить? — продолжала бабушка Анна. — А тебя еще хотят на инженера учить.

Учить на инженера! Сколько раз слышал я об этом! Надоело! Все говорят о моем будущем так, словно я уже сейчас чем-то обязан им за их заботу.

Летом пойду работать, слушать никого не буду. Это я решил твердо.

А над ухом надоедливо гудел голос бабушки Анны, она вошла в свою роль:

— И хоть бы товарищи-то были порядочные. Рожи подозрительные, глазищи так и зыркают по сторонам! Все оглядели. Истинное слово — жулики.

Значит, я шел не сам, меня привели…

За прогул меня и Витьку вызвали к директору. Тольке Уткину сошло: он ведь пропустил всего один урок.

Медленно, почти не дыша, записали мы в знаменитом «коленкоре» все, что вчера произошло на уроке Нелли Семеновны. Пообещали, что больше этого не случится, и расписались.

А когда вышли из директорского кабинета, глянули друг на друга и фыркнули.

— Потеха! — растягивая слова, сказал Витька.

И все же на душе у меня кошки скребли: вдруг исключат, что делать буду?

Домой идти не хотелось. Вера стала относиться ко мне настороженно. Николая я, кажется, невзлюбил еще больше. Что нашла в нем Вера хорошего, совершенно непонятно. Недаром бабушка говорит, что иногда и сатана полюбится: каждому своя милая — самая красивая.

Да я бы его и к дому близко не подпустил. Что из того, что он много зарабатывает и его уважают? Никогда ничему не обрадуется, не раскричится, если зол, не расскажет что-нибудь интересное. Знает только свое: «Свежий воздух — это здоровье».

Вчера он сообщил вдруг:

— Провожали с завода в Сибирь. За длинным рублем поехали.

— Не все, наверно, за длинным рублем, — вмешалась Вера. — Многих привлекает не заработок. Надоело дома, хотят повидать новые места.