Был полдень, а Джонг еще валялся в постели. Он открыл дверь; на нем был полосатый халат, немного ему тесноватый, и Зутис подумал, что халат, наверно, принадлежит его предшественнику.
— Ты один дома?
— У Вики на этой неделе смена.
— Что она делает?
— Махлюет с коктейлями.
— В «Виктории»?
— Нет, в другом месте."
"Квартира была небольшая, но очень уютная. За окнами виднелись макушки заснеженных деревьев.
— Так ты тут один и хозяйничаешь? — Зутис поставил на стол бутылку коньяка.
— Пойдем в заднюю комнату, Викин мальчишка скоро придет из школы, — Джонг вынул из буфета рюмки и принес из кухни тарелку с бутербродами.
Потом он долго искал лимоны, но так и не нашел.
В задней комнате было накурено, на полу, рядом с неубранной широкой двуспальной кроватью, лежала стопка старых журналов. Зутис заметил, что в комнату совсем не вписывается кульман и чертеж, прикрепленный к доске. На бумаге было много разных линий и Зутис подумал, что чертеж очень сложный.
— А где же чертежник? — спросил Зутис.
— Да я это на улице нашел, — кивнул Джонг в сторону шкафа, на котором валялся черный футляр, в каких обычно носят чертежи.
— Кто-то потерял, наверно.
— А ты совершенствуешь?
— Нет, своей даме заливаю, что я изобретатель. Картинки эти иногда меняю, — Джонг наполнил рюмки и засмеялся. — Эта дуреха верит, что я через три месяца получу большую премию. Будь здоров!
— Прожить так, конечно, можно, — согласился Зутис и взял бутерброд, — но через несколько лет тебе придется жениться на старухе и ждать ее смерти, чтобы получить наследство.
— Мне такие уже попадались, но жениться я не хочу. У одной был даже дом с огромным садом, одной клубники каждый год продавала на тысячу рублей.
— Такую надо было брать.
— Что я, дурак?
— А чего ты ждешь — денежной халтуры?
Джонг помрачнел. Кем только он не работал! Снимался в массовках, по ночам выгружал из вагонов зерно, таскал декорации по сцене, клеил афиши и натирал полы. Он и сам уже не мог бы припомнить все места, где работал, так как был одним из тех, кто за неимением профессии ищут на досках объявлений место подсобного или разнорабочего.
Но, проработав с месяц, он увольнялся — подсобникам платят немного, зато работы для них не жалеют. Так он все время попадал из огня да в полымя и снова в огонь.
— Нигде ни черта не платят. Целый месяц провкалываешь, а не можешь купить даже бумазейной рубахи.
— Сколько тебе хотелось бы зарабатывать?
— Ну, сотни полторы.
— Кроме этого у тебя есть где жить?
— Могу жить у сестры.
