Женщина посмотрела на покупателей так, словно это были грабители.
— Пожалуйста… Пожалуйста… — ответила она насмешливо и оскорбительно. Когда она говорила, у нее на лице нервно подергивались мускулы. Она достала из черной сумочки связку ключей и пошла вперед.
Под фундаментом скрывался целый этаж. Женщина водила их по многочисленным помещениям, и в ее голосе не стихала злая издевка.
— Здесь, господа, вы видите пивной погребок, — она словно пародировала гида. — Там у стены находятся козлы для двух бочек. Бочки подымаются и опускаются через люк.
В одной бочке темное, в другой светлое пиво. Углубление на полу в углу — для винных бутылок. Они должны находиться в горизонтальном положении, так, чтобы вино смачивало пробки, и они не рассыхались. По проекту пивной погребок предполагается обставить так — здесь будет рассеченный вдоль дубовый ствол с чурбаками-стульями по обе стороны.
Она произнесла это как стишок — без запинки.
— Рядом погреб для овощей и прачечная с насосом, с другой стороны — котельная и финская баня с бассейном.
— Она отперла еще одну дверь.
Финская баня была уже готова. В углу стояла электрическая печь, напротив — парилка с тремя полками. За баней — бассейн. Из середины почти до потолка поднималась похожая на трап железная лестница.
— Вода в бассейне подогревается. Насос находится в котельной. По лестнице дамы и господа из бассейна могут попасть прямо в гостиную и наоборот.
Она ничего сама не придумывала, просто повторяла то, что слышала десятки раз от мужа. Как только появлялся какой-нибудь гость, он водил его по строящемуся дому, повторяя как попугай:
— Здесь, господа, вы видите пивной погребок, бочки поднимаются и опускаются через люк…
Долгие годы им жилось нелегко, потому что они поженились будучи еще студентами, и она из-за ребенка институт так и не закончила.
Зато муж постепенно взбирался по служебной лестнице вверх, пока не взобрался довольно высоко и там закрепился.
— Нельзя ли взглянуть на проект? — спросил Вильям, когда они вернулись во времянку.
— Лучшего проекта вы не найдете, — женщина показала документацию.
— Жилая площадь в пределах нормы, зато вспомогательных помещений вдвое больше… Проект делал муж…
— Тогда, конечно, проект особенно хорош, — Цауна пытался подтрунить.
— Да, он был плохим мужем, но хорошим архитектором.
Женщина снова сунула в печку листы бумаги, они вспыхнули с мягким хлопком. И вдруг она разрыдалась.
— Он не думал о семье! Он обо мне и детях совсем не думал! Он бросил нас совсем нищими.
