— Извиняюсь, но мне, наверное, придется предоставить вам возможность одному развлекать Беату. Рад был познакомиться…
— Да, нам следовало сделать это еще лет пять назад.
Лиан положил вилку рядом с тарелкой и встал."
"— Всего хорошего!
У него с Беатой был долгий разговор в коридоре, но обратно Беата пришла одна. Она выглядела не взволнованной, а подавленной.
— Лиан стал нервным, ему в последнее время не везет.
Вильям недвусмысленно посмотрел на грудь Беаты.
— Я бы этого не сказал.
— Он целый год проработал над докторской диссертацией, и оказалось, что кто-то недавно почти по этой же теме защитился в Ленинграде, и Лиану больше нет смысла продолжать работу.
— Кандидат ведь тоже, наверно, получает немало…
— Шубу купить он бы не мог… Может, нальешь еще по рюмочке?
Вильям налил, но сам снова выпил совсем маленький глоточек — он все-таки боялся.
Вильям уже собирался уходить, когда зазвонил телефон, который теперь стоял в коридоре. Вильям слышал только то, что говорила Беата, но было вполне достаточно, чтобы понять, кто звонит.
— Да, да… Спасибо, сынок, спасибо… Как твои успехи? В первый состав попадешь? Ну, тогда хорошо… Нет, гостей немного… Папа пришел. Какой? Ну, твой папа… Да…
— Дай мне с ним поговорить! — крикнул Вильям.
— Я ему передаю трубку.
— Ну, здорово, чемпион!
— Здравствуй, отец!
— Что поделываешь? — опять все тот же барьер! Опять не о чем говорить! Сколько раз он собирался навестить сына, и всегда его удерживала мысль, что им не о чем будет говорить.
Живя бок о бок, они настолько отдалились, что друг друга решительно не понимали.
— Ничего не делаю, стою у телефона и вытираю пот, — голос мальчишки звучал бодро.
— Нет ли у тебя какого-нибудь тайного желания?
— У нас тут одному парню недавно привезли колоссальные японские кеды, если бы ты мог достать…
— Считай, что ты уже в них…
— Ух ты, папа!
— Я перешлю тебе их с мамой. Когда опять будешь в Риге, заходи в гости! Посмотрим по телевизору хоккей.
Нет, у меня цветной. Совсем другое дело! Нет, нет, большой… Самый большой… Заплатил почти тысячу. Запиши телефон и адрес! У тебя есть чем записать? Ну, тогда валяй! И жди кеды!
Беата уже сварила кофе. Вежливый намек, что пора уходить.
— Ты шикарно живешь, — в словах Беаты прятался вздох.
— Я для «Моды» кое-что изобрел и не перестаю удивляться, что за это платят такие жирные премии.
