Когда пришла Беата, хоккей давно закончился, и сын в соседней комнате крутил транзистор — даже уроки он учил под грохот электрогитары, а Вильям все еще сидел, листая журнал и прикидывая, что из вещей ему еще нужно приобрести. Вернее, будет нужно.
Беата пожаловалась на усталость и была нервозной. Она быстро приготовила ужин. Когда Вильям решил показать ей журнал с фотографиями коттеджей, она ответила, что нечего строить воздушные замки. Это еще больше подстегнуло в нем желание как можно скорее получить земельный участок.
Ответ Беаты показался Вильяму вполне логичным — годами он почти не думал о семье, только обеспечивал, и теперь Беата, конечно, не станет рисковать даже в мечтах: в один прекрасный день все снова может утонуть в поллитровке. «Прежде всего я должен доказать твердость своих намерений, тогда и она потеплеет», — решил он.
В постели, когда Вильям попытался обнять ее, Беата отвела его руку — завтра рано вставать и вообще ей нездоровится. Вильям обиделся и сделав вид, что очень рассержен, демонстративно повернулся к жене спиной.
Глава 7
С тех пор, как Вильям возвратился из Страуте, прошел месяц. Вопреки грандиозным планам заработать шитьем, за все это время ему удалось сшить всего один-единственный костюм — для Цауны. Свободного времени не оставалось ни минуты."
"Взявшись за руководство закройным цехом «Моды», он лишь постепенно начал понимать, какой груз на себя взвалил — хозяйство цеха было запущено донельзя. Конечно, те, кто уехал на свою никогда не виданную родину, в последние годы своей работы здесь о хозяйстве не думали.
Лекала-выкройки, при помощи которых кроили несколько слоев деталей костюмов и пальто, излохматились, края их были неровными, местами даже выщербленными, некоторые линии приходилось дорисовывать на глаз. А это значило, если нагрянет инспекция по стандартам, она может сразу закрыть цех, потому что раскроенные здесь костюмы отвечали чему угодно, только не стандарту: пятидесятый размер — это было нечто среднее между сорок восьмым и пятьдесят вторым, но уж никак не пятидесятым.
Механизмы в вертикальных электрических ножах износились до такой степени, что нижние слои настила не разрезали, а рвали, края получались драными или не соответствовали размеру. Их приходилось выкраивать заново или подравнивать обычными ножницами. Подравнивание требовало дополнительного времени, рабочей силы и материалов. Вильям приказал настилать ткань в два раза тоньше: вместо тридцати слоев только пятнадцать.
