Сейчас был как раз тот самый случай. Георгий подождал еще несколько минут, затем встал и с нарочито рассеянным видом подошел к столу, за которым сидела незнакомка. Она на него взглянула, и в этом взгляде, насколько Георгий мог определить, не было ни привычного жеманства, ни кокетства, ни той особой женской поволоки, с какой смотрят женщины, когда хотят понравиться. Это был совсем иной взгляд: спокойный, уверенный, даже слегка насмешливый и вызывающий. Георгий даже и не помнил, чтобы какая-нибудь из его знакомых женщин смотрела на него таким взглядом.
А эта смотрела, и это ему понравилось. В ее взгляде была для Георгия новизна, а он был человеком пресыщенным. Кроме того, и глаза у женщины были необычными – голубыми, с ледком в них, будто это были не глаза, а две частицы какого-то неведомого холодного моря.
– Я прошу прощения за то, что прерываю ваше одиночество, – поклонился Георгий, – но…
– Садитесь, – пригласила женщина. Голос у нее был низкий, с едва заметной хрипотцой, и это Георгию также понравилось.
Он любил, когда у женщин был низкий голос, он находил в этом какое-то особое очарование.
– А может, за мой стол? – спросил он. – Я, как и вы, в одиночестве…
– Но ведь именно вы подошли ко мне, а не я к вам, – сказала женщина и чуть заметно улыбнулась.
– О, к чему такие условности! – улыбнулся в ответ Георгий. – Я к вам или вы ко мне – какая разница? Хотя, не скрою, мне было бы приятнее, если бы вы приняли мое приглашение. Прошу, доставьте мне такую невинную радость! Тем более находиться в ресторане и быть при этом в одиночестве – это скучно, тоскливо и печально.
Ресторан – место для общения, не так ли?
– Тогда почему вы здесь один? – спросила незнакомка.
– Ну, это вопрос отчасти философский, – сказал Георгий. – Очень может статься, что я здесь по той же самой причине, что и вы.
– Намекаете на родственность душ? – опять улыбнулась женщина.
И хотя она и улыбалась, но льдинки в ее глазах все равно не таяли. Георгий это заметил, и это ему также понравилось.
В незнакомке ему нравилось все – и это для него было необычно, захватывающе, пробуждало где-то в глубине его души какие-то непривычные ощущения. Вряд ли это была любовь с первого взгляда – Георгий понятия не имел, что это такое, да и вообще не знал, что такое любовь, и не стремился познать это чувство. Скорее всего, это была новизна, которая так часто заменяет любовь и которую многие принимают за любовь."
"– Родственность душ? – лукаво прищурился Георгий.
